Будущее, которого нет…

Он представлял себе, а что если он был именно тем писателем в прошлой жизни? А как же иначе? Как можно было так точно написать о том, что происходит с ним именно сейчас, те точные мысли, которые были только у него. Но потом приходил новый писатель с новой книгой, и Коля представлял себя уже этим. Он писал стихи, но только когда хотел плакать или грустить, строки рождались сами по себе, никогда не выдумывались намеренно, он их лишь записывал, а потом преобразовывал в полные стихи или оставлял недописанными, где-то на клочках бумаги.

Коля уже ощущал предзнаменовение своей будущей учебы в институте писателей. Он о таком, конечно, еще не слышал, но точно знал, что такой есть. Его сверстники с интересом спрашивали, куда он будет поступать и что делать дальше, но он увиливал от ответа, обещая их сильно удивить потом. Многие его одноклассники уже отмечали свои поступления, хвастались перед ним студенческими билетами и обсуждали девочек, с которыми им предстояло учиться.

Но Коля относился к этому лишь с легкой возвышенной улыбкой, которая скрывала за собой тайну его студенческого билета, на котором красивым писательским почерком вскоре будет написано: «Студент первого курса Писательского Института им. Льва Толстого или им. Антона Чехова».

Наконец, папа собрал все его документы в одну большую потертую заводскую папку, принесенную им с работы домой, и сказал, что можно ехать в институт. Они отправились туда нестерпимо ожидаемым утром следующего дня.

Институт оказался не так далеко, как предполагалось, всего в получасе езды на автобусе в сторону Южной Балки. Это было такое себе пустое место, окруженное деревьями и спальными микрорайонами, тишиной и легким привкусом студенчества. От остановки они шли минут десять, но эта прогулка даже показалась ему приятной, так как следовала через парк с вымощенными дорожками и выкрашенными в новый коричневый цвет старыми лавочками, которые прямо-таки настраивали на творческий процесс перед занятиями.

Здание оказалось немного мрачноватым, хотя это была лишь боковая его сторона, кое-где на стенах рос мох и ссыхающийся плющ, а на старых деревянных окнах облупливалась краска еще со времен постройки. Проходя вдоль боковой стены по направлению к центральному входу за углом, Коля почувствовал, как от здания тянет холодом подвальной сырости и… знаниями.