Глухомань

Выйдя через несколько минут, она положила на стол перед мужем тест на беременность и также молча уставилась на него. Анатолий тут же все понял и завораживающе смотрел на тоненькую полоску, ожидая проявления линий. Он то и дело с плохо скрываемым возбуждением поглядывал на жену и нервно сжимал тут же вспотевшие ладони. Прошло минуты три, и на тесте медленно и неуверенно проявилась вторая полоска. Анатолий с облегчением выдохнул, поразившись тому, что незаметно для самого себя задержал дыхание и теперь возбужденно его восстанавливал.

– Все, Галюня, у нас сынок будет, – волнуясь уведомил он жену, как будто та и сама не видела. – Уф! Здорово-то как! Галюня! – он вскочил со стула и радостно схватил жену за руки, стараясь поднять и закружить ее в танце. – Здорово-то как, Галюня! Теперь у нас все будет по-другому, денег немного есть, молоко у тебя будет, кормить сможешь, я буду еще больше работать, на жизнь нам хватит. – В возбуждении Анатолий тараторил без остановки, счастливым взглядом смотря на любимую.

Мечта их осуществилась, он так сильно хотел ребенка, сына, наследника. Почему-то была абсолютная уверенность, что жена родит ему именно сына. Он уже знал, что назовет его в честь деда – Иваном. Настоящее русское имя для настоящего мужчины.

– А если будет дочь? – тихо спрашивала Галина.

– Назовем Марией, Машенькой, Машутой, – Анатолий был на вершине счастья. Он продолжал обнимать и целовать жену, а та, шутя, уклонялась и неубедительно пыталась оттолкнуть разгоряченного мужа.

…Мужчина брел по ночному лесу, полностью поглощенный своими мыслями. Неуверенно шагая между деревьями, он старался придерживаться руками за шершавые стволы, чтобы не оступиться и не упасть в сырую траву. Отвлекаясь временами на карканье разбуженной вороны или вцепившуюся в волосы ветку, незаметно для себя, он постепенно забирал вправо, медленно сбиваясь с правильного направления и уходя в беспросветную тайгу. Как егерь, он должен был знать, что любой человек, не привязанный в лесу к какому-либо ориентиру, рано или поздно начинает отклоняться вправо.

Но сейчас егерь был пьян, поэтому, о подобном он не задумывался, а ноги в это время несли его совсем в другую сторону.

Дом остался далеко слева, и вместо пары километров, до него было уже больше пяти. Но одурманенный алкоголем и копавшийся в своем прошлом, мужчина ничего этого не замечал и продолжал уходить в противоположную сторону от всех населенных пунктов.

…Вспомнился другой вечер.