Матильда. Тайна Дома Романовых

Сам Евгений Васильевич был многолетним старостой Исаакиевского собора, его благообразную фигуру узнавали издали, но не по генеральскому мундиру, а по огромным усищам, сливавшимся с бородой – настоящий церковный староста.

Одно время чем-то провинившийся перед государем генерал был Александром III отставлен от службы, но сумел убедить императора в своей верности и преданности и вернулся во власть.

Салон Богдановича знаменит тем, что там принимали в полдень, их завтраки были весьма известны в Петербурге – это целые обеды с многочисленными изысканными закусками, жарким, разнообразной рыбой, изумительными десертами и непременным кофе в гостиной.

Не завтрак, а обед. И особняк расположен идеально – в самом центре.

Особняк Богдановичам не принадлежал, они арендовали бывший когда-то доходным дом, но арендовали давно и основательно перестроили, расширив стеклянную галерею и устроив домашнюю церковь.

Евгений Васильевич и Александра Викторовна знали все и обо всем, к ним охотно съезжались, чтобы посплетничать.

Удивительная смесь патриотических заявлений и постоянного осуждения императорской семьи позволяла генералу и его супруге выглядеть свободолюбивыми монархистами. Странное сочетание, но генерал действительно писал пустые, прославляющие монархию книжонки (издавая их за государственный счет и получая неплохие дивиденды), а в салоне активно сплетничал о монархе.

К Богдановичам ездили, чтобы услышать новые слухи и распространить их дальше, если те были выгодны.

Александра Викторовна ежевечерне заносила эти сплетни в свой дневник.

Разве могла она пропустить известие об увлечении наследника престола балериной?

– Ах, нельзя же так скандализировать общество! Куда катится монархия?

За порцией отменной жареной рыбы с ней соглашались:

– Император Александр Александрович такого себе не позволил бы…

Когда гостям предложили восточные тянучки, привезенные хозяину из Бухары, кто-то вспомнил об отце императора Александра III Александре II и его второй семье.

Это вызвало буквально негодование генеральши:

– Да, императоры и наследники увлекались молодыми особами, но это были фрейлины! Фрейлины, а не балерины.

– Ах, не скажите… А великий князь Николай Николаевич с его Числовой?

Весьма существенное замечание. «Дядя Низи», как в императорской семье звали предпоследнего сына Николая I, и впрямь шокировал общество своими семейными делами.