Злая Москва. От Юрия Долгорукого до Батыева нашествия (сборник)

И вдруг в середине дня налетел ветер и как-то сразу потемнело. Теперь к голосам животных и птиц прибавились людские, заголосили бабы, заплакали дети, безостановочно крестясь, уставились в небо мужики. Было отчего – на солнце вдруг стала наплывать черная тень! Она обхватывала солнышко снизу, норовя закрыть его совсем. Большинство людей стояло на коленях прямо в стылой мартовской грязи, киевляне были поклоны и вопили, прося Господа о защите и милости.

Но казалось, спасения не ждать, тень пожирала солнце прямо на глазах.

Мысль остаться совсем без дневного света была столь невыносимой, что единый вопль и плач несся по Киеву. Со всех сторон загудели колокола, и звон их был вовсе не праздничным, а набатным, добавляя свою толику ужаса во всеобщее настроение.

– Господи, помилуй! Господи, помилуй! Спаси мя грешного, Господи! – шептал, забыв о своих жене и детях, здоровенный мужик, бивший поклоны на торжище, прикладываясь лбом прямо в растоптанный и разъезженный грязный с примесью навоза снег.

Но страдалец не замечал ни этого навоза, ни жижи под ногами, ни остальных людей тоже. Впрочем, не замечал не он один, все вели себя так же.

И только когда от солнышка остались одни рожки размером с молодой месяц и людей охватил уже не просто страх, а настоящий ужас, что-то неуловимо изменилось. Сначала никто даже не понял, что именно, но уже через мгновение начало светлеть! Тень отползала с солнечного лика с той же скоростью, как и наползала на него!

На звоннице звонарь сначала замер, но тут же, опомнившись, стал бить совсем другое.

Теперь это была радость от закончившегося ужаса…

Некоторое время киевляне продолжали стоять на коленях в мартовской дорожной грязи, но постепенно один за другим поднимались, крестясь, и отправлялись в церкви – поставить свечу за спасение и пожертвовать, кто сколько сможет… Жертвовали много, куда больше, чем в обычный день, да и в праздники тоже. Слишком страшным знамением показалось исчезновение солнышка, слишком испугались гнева Господня.

У многих в тот день болели глаза, потому что, когда солнышко появилось, глазели на него до глазной рези, стараясь увериться, что не пропадет через минуту снова.

По Киеву пополз слух, что пропажа солнышка неспроста. Быть какой-то беде. Нашлись те, кто твердил, что знак хороший, потому как солнце победило мрак. Очень хотелось верить вторым, но чаще всего в годы, когда происходило что-то подобное, помирали князья.