Босфорские берега. Книга для всех, кто влюблен в Стамбул

И припоминая тот старый детский разговор, он предположил – Осман оставил его напоследок, это будет венец карьеры, после этой сделки исполнится мечта, султаном пройдется Осман по Рю де Пера, после чего будет ждать его белый пароход и безбедная жизнь вдалеке от Стамбула.

И Салим Чатай уговаривает руководство полиции устроить засаду на Галатском мосту. Переодетые в штатское полицейские днем и ночью прогуливались туда-сюда, рыбаками стояли у бортиков – и расчёт оправдался. Один из соглядатаев услышал разговор двух респектабельных граждан, в котором один рассказывал другому как это выгодно, иметь в собственности Галатский мост.

Дальнейшее было делом техники – наружное наблюдение 24 часа, и когда сделка была почти совершена, Османа арестовали.

– Не умеешь ты мечтать, Салим, – бросил на ходу арестант, признав в комиссаре полиции друга своего детства, – не умеешь. А жаль.

Послесловие: Осман Зия Сюлюн вошел в историю как человек, который продал Стамбул. Оказавшись за решеткой, он читал лекции на тему «Как жить и работать в поте лица», а французы приглашали Османа на конференцию, посвящённую самым крупным аферам мира, но приглашение было отвергнуто, так как переводчик, предоставленный консульством, слишком напоминал Осману мошенник! Реальные подробности операции поимки Османа на Галатском мосту неизвестны, так что комиссар Салим Чатай является плодом фантазии автора.

Ты помнишь, Босфор?

Бирюзовые волны мягко касаются берегов, ласково, приветливо.

Кружат, крича, вечные спутники Босфора – чайки, золото заката красит птиц в кроваво-красный, тревожный цвет.

Скользят по глади воды солнечные лучи, пляшут отражения, дробятся, раскалываются, тонут в глубине.

Я вглядываюсь в темноту бирюзового портала, ища в глубинных бликах образы той давней, полузабытой истории.

Расскажи мне, Босфор…

Ведь ты – помнишь?

Каскад темных волос, огромные глаза с лихорадочным блеском любви, изящный стан – невозможно было не любоваться Назиб-ханум.

Недаром жила в гареме – пропуском туда послужила редкая, чарующая красота, а природное обаяние и острый живой ум не оставили равнодушной сестру султана, Эссемах-султан, которая взяла девочку к себе и назвала приемной дочерью.

Да только последнее время далеко летали мысли юной черкешенки – случайная встреча, несколько взглядов, легкое касание рук, и сердце птицей улетело за стены дворца, туда, где гулял вольный соленый ветер, где хлопали паруса кораблей.