Речные заводи. Том 1

По этому поводу можно было бы сказать:

В эти дни у крестьян на спине, на груди

Знаки воинские появились,

Боевые знамена, скликая в поход,

Над рыбачьими лодками взвились.

Историю о том, что случилось потом с Линь Чуном, прошу вас прочесть в следующей главе.

Глава восьмая

Линь Чуну ставят на лицо клеймо и отправляют его в ссылку в Цанчжоу. Происшествие в лесу Диких Кабанов

События развернулись следующим образом. Командующий приказал страже схватить Линь Чуна и обезглавить его.

– Я не виновен! – воскликнул Линь Чун.

– Тогда зачем явился в «Зал Белого Тигра» да еще с мечом в руках? – возразил командующий. – Разумеется, чтобы убить меня?

– Разве осмелился бы я прийти сюда, если бы вы, господин командующий, не вызвали меня? – ответил Линь Чун. – В этот зал привели меня ваши посыльные.

– Ложь! Какие посыльные? Этот негодяй смеет мне лгать! – закричал Гао Цю и приказал отправить его в областной суд. – Да передать судье, чтобы как следует разобрался в этом деле и вынес надлежащий приговор! Отобрать у него меч и отправить в суд как вещественное доказательство!

Когда Линь Чуна доставили в областной суд, судья занимался разбирательством дел.

Стражники подвели Линь Чуна к возвышению, на котором сидел судья, и заставили опуститься на колени. Затем они передали судье приказ командующего, а принесенный меч положили перед Линь Чуном.

– Линь Чун! – сказал судья. – Ты – военный наставник и не можешь не знать законов. Ты посмел переступить порог запретного зала с мечом в руках.

Подобное преступление карается смертью!

– Милостивейший и мудрый судья! – почтительно отвечал Линь Чун. – Будьте ко мне милосердны, ибо я ни в чем не виновен. Я человек невежественный, но законы знаю и никогда по собственной воле не переступил бы порог этого зала. Дело в том, что в двадцать восьмой день прошлой луны мы с женой отправились в храм, и там ее оскорбил сын командующего. Я же осмелился вступиться и накричал на него. После этого он подослал ко мне некоего Лу Цяня из стражи командующего.

Тот затащил меня в кабачок, а тем временем велел другому человеку, по имени Фу Ань, заманить мою жену в дом Лу Цяня, где ее пытались обесчестить. Но я и на этот раз прогнал молодого господина. Моя вина лишь в том, что я изломал мебель в доме Лу Цяня. Мою жену дважды пытались оскорбить, и каждый раз только мое вмешательство останавливало обидчика. У меня есть свидетели, которые могут подтвердить мои слова.