Речные заводи. Том 2

Внизу его переправили на лодке от Цзиньшатаня к кабачку Чжу Гуя; а там Дай Цзун подвязал к ногам четыре бумажки-талисманы, распростился с Чжу Гуем и двинулся в обратный путь.

Теперь следует рассказать о том, как, проводив Дай Цзуна к переправе, советник У Юн вместе с другими главарями вернулся в стан, где продолжался пир. И вот в самый разгар веселья У Юн вдруг вскрикнул: «Ой, какая беда!» Никто не понял, в чем дело, и все обратились к нему с просьбой рассказать, что произошло.

– Вы и не представляете себе, какая случилась беда, – отвечал У Юн.

 – Ведь письмо, которое я послал, поведет к гибели Дай Цзуна и Сун Цзяна!

Эти слова вызвали большое смятение среди главарей, и они принялись наперебой допытываться:

– Какая же ошибка допущена в вашем письме, господин советник?

– Я слишком спешил и в этой спешке думал лишь о том, что было, не думая о том, что будет. В этом письме допущена большая оплошность, – отвечал У Юн.

– Я ручаюсь, что никто не отличит моей руки от руки советника императора, – заметил Сяо Жан.

 – И ручаюсь, что ни в одном слове нет ошибки. Разрешите спросить вас, господин советник, о какой оплошности вы говорите?

– И я также ручаюсь, что печать сделана мной безукоризненно, – добавил Цзинь Да-цзянь. – Поэтому и мне непонятно, в чем ошибка.

Тогда У Юн, подняв два пальца, рассказал им. И словно сама судьба предрешила, чтобы удальцы из Ляншаньбо

Устроили побоище в Цзянчжоу

Да так, что пыль взвилась до небосклона,

А после все вверх дном перевернули

В священном храме Белого дракона.

Поистине говорится:

Пройдя под градом вражьих стрел,

Спаслись герои-побратимы,

Пройдя сквозь лес мечей и пик,

Друзья остались невредимы.

Какую оплошность совершил У Юн, читатель узнает из следующей главы.

Глава сороковая

Герои Ляншаньбо устраивают побоище на месте казни. Малое собрание в храме Белого дракона

Итак, Чао Гай и остальные главари, выслушав военного советника У Юна, спросили, какую же ошибку он допустил в письме.

И он отвечал:

– В письме, которое мы вручили сегодня утром начальнику тюрем Дай Цзуну, я по недосмотру допустил ошибку из-за написания древним стилем «сяочжуан» и вырезанных на печати четырех иероглифов «ханьлинь Цай Цзинь», которые значат ученый Цай Цзинь. Вот из-за этого-то Дай Цзуна привлекут к ответственности.

– Но я сам видел много писем и сочинений советника императора Цай Цзиня, и на всех этих документах была именно такая печать, – возразил Цзинь Да-цзянь.