Штрихи к портрету

Наша обычная вечерняя трапеза состояла из отваренной молодой картошки, икры минтая, перемешанной с мелко нарезанным репчатым луком и подсолнечным маслом, и свежих помидоров (отдельно). Все это запивалось сухим вином из собственного психиатрического виноградника. Икра минтая, видимо, была случайной, но удачной находкой самого Володи, потому что больше в таком варианте (вперемешку с мелко нарезанным репчатым луком и подсолнечным маслом) я ее не пробовал никогда. Семья Володи в это время была в отъезде (как и полагается делать в самые жаркие месяцы всем уважаемым людям в Ташкенте).

Отсюда и необходимость готовить самим, что, по большому счету, нам нравилось.

Тогда же за долгими разговорами Володя рассказывал о своей «клиентуре». Если кто помнит, это было время Гдляна и Иванова, то есть время разоблачения «цеховиков». Естественно, какая-то часть из них пыталась найти спасение в лечебных учреждениях. А у Володи в отделении – вообще курорт, да еще и на охраняемой Министерством обороны территории.

Его рассказы меня впечатлили. Вот одна из таких маленьких историй.

К Володе обратился один из лежавших у него пациентов, работавший директором небольшого заводика. Причем этот человек отсидел срок за экономические преступления, потом был за хорошее поведение переведен на «химию», то есть на поселение с принудительной отработкой. А после окончательного освобождения стал директором того же заводика, где отбывал свою «химию». Мафия есть мафия. Теперь же ему снова грозили неприятности, и он лечился от «невроза» в отделении у Владимира Леонидовича.

Однажды этот маленький директор подошел к Володе и конфиденциально попросил проконсультировать свою коллегу, которая была крупной «цеховичкой», имела соответствующие доходы, позволявшие ей, например, круглогодично оплачивать номер «люкс» в московской гостинице «Россия». Женщина была еврейкой и очень почитала своего отца. А тот, к несчастью, был ярым идейным коммунистом. И вдруг папа узнает о противозаконной деятельности дочери.

Возникает реальная угроза, что родной отец сдаст дочь органам КГБ. У дочери – альтернатива: «по-взрослому» сесть в тюрьму на длительный срок или убрать с дороги отца. И то и другое – неприемлемо. Володя по просьбе дочери встретился с отцом. Они побеседовали трижды, после чего папа сказал, что никуда жаловаться не пойдет. Мир в семье был восстановлен, а Володя на несколько лет стал личным консультантом этой женщины с приличным неофициальным жалованьем.