Рыжая из Освенцима. Она верила, что сможет выжить, и у нее получилось

– Во время войны хорошо быть подальше от нашего города, – сказал кто-то. – Мы же не хотим оказаться посреди сражения.

– Да, они увозят нас подальше от фронта, – откликнулся кто-то еще. – Здесь собрали людей из всех городов.

– Мы будем заниматься сельскохозяйственными работами, пока все не кончится, – раздался чей-то голос. – Раввин так и сказал.

– Мама, как ты думаешь, зачем нас сюда привезли? – прошептала Лия.

– Идет война, – ответила мама. – Мы поработаем, а потом вернемся домой. Нам просто нужно делать, что скажут.

Солдаты сказали что-то тем, кто стоял впереди, но я не расслышала.

– Вам нужно найти место, где будете спать! – в конце концов расслышала я слова солдата.

Я посмотрела на здание завода и наскоро сколоченные деревянные навесы без стен. Может быть, мы сможем спать там? Но там уже было полно народу. Ночь надвигалась.

– Ищите место, где будете спать, евреи ленивые! – рявкнул другой солдат.

Я видела, как люди делают импровизированные палатки. Они вытаскивали из чемоданов материю и натягивали ее, чтобы спать под навесом.

Те, кто к моменту нашего прибытия уже находились на кирпичном заводе, стали делать навесы из собственной одежды. Кому-то удалось найти место под деревянными навесами. Повсюду люди открывали чемоданы, доставали одеяла и одежду и делали навесы.

Мы смотрели, как поле заполняется людьми. Мужчины из каждой семьи строили палатки, а женщины и дети сидели на земле.

– Нам некому сделать палатку, – захныкала Лия.

– Нам никто и не нужен, – отрезала мама.

Ехезкель подтащил наш чемодан поближе к тому месту, где строила палатку другая семья. Мы пошли за ним. Он поставил чемодан, мама поджала губы и открыла его. Она вытащила одеяло и простыню, а я – наши платья. Я удерживала гладкий шелк зубами и связывала платья вместе, чтобы получилось широкое полотно. Лия и Ехезкель нашли длинную палку, отдали ее маме, и она развесила полотно на ней. Ей было трудно удерживать полотно на ветру, и Ехезкель кинулся ей помогать.

Лия сняла с волос резинку и закрепила полотно, чтобы ветер его не унес. Наш новый дом.

От треволнений дня я устала. Мне так хотелось оказаться в своей теплой постели, свернуться калачиком под одеялом и заснуть – дома! А потом проснуться и понять, что все это было лишь дурным сном. И тут я услышала громкий голос.

– Вы не можете оставаться здесь, – рявкнул солдат.

– Что?

– Вы не можете оставаться здесь! – Он выдернул палку и швырнул ее в грязь.