Иоанн III, собиратель земли Русской

Вспомни, что князь, верейский князь, сам по себе государь, на Андреевой дочери женился; не посмотрели – как холопа вон выгнали, и вот помяни мое слово, пожалуюсь Патрикеевым завтра – и завтра же Андрея, как всякого другого, позовут к расправе.

– Но чем же он заплатит?

– Если маркиза – без денег – могла поквитаться с ним любовью и стыдом, то Палеологу без денег – тоже гордиться нечем…

– Одумайся, Зоя! Да ты затеваешь такое несбыточное дело, что тебя вся слобода на смех поднимет.

– В таком случае я и буду смешна… Извини, соседка! Ты посол, что ли?

– Помилуй, Зоя! Ты знаешь, как я тебя люблю; одно участие…

– Благодарю и постараюсь заплатить тем же, но только в другое время, а теперь, соседка…

– Понимаю, понимаю! Ты хочешь послушать греческой мудрости…

– Ты угадала! Родная мудрость. Весело…

– Да я тебе не помешаю, Зоя, и так как я тебя люблю, притом же мы с Хаимом люди бедные, а ты, Зоя, можешь помочь нам… Нам все равно, кому служить, а я тебя за кого хочешь высватаю…

Зоя затрепетала; хотела что-то сказать, но, подозрительно взглянув на жидовку, как будто онемела; та заметила впечатление последних слов своих и продолжала:

– Хочешь за молодого Ласкира, он у нас самый знатный жених…

Зоя повела головой отрицательно.

– Хочешь за Чеколи… Ты любишь его беседу.

Зоя сделала то же движение…

– За кого же?..

Зоя отвела зелень акаций и указала на улицу.

У ворот академии на конях три всадника о чем-то разговаривали. Один был Никитин, другой молодой Холмский, третий был дядька, или приспешник[12 - Приспешник – помощник, служитель, соучастник в чем-либо неблаговидном.], или как угодно назовите приставника Васи, мы будем называть его так, как называли его в самом деле – Алмазом. Зоя указала на всадников в то самое время, когда князь Холмский указывал Никитину на нее или на беседку, в которой она сидела. Зоя смутилась и опустила зеленые ветви. Жидовка привстала с удивлением и любопытством.

– Губа не дура, говорят русские, – сказала она, присев на софу. – Тут надо приложить много ума и много труда, Зоя! Ведь это князь Василий Холмский, сын первого и знаменитого московского полководца, ты, верно, слышала, что он уничтожил Новгород; я помню это страшное время, мы тогда только приехали из Любека и хотели там купечествовать.