Отпуск в Средневековье. Ирония путешествий во времени и реальности

По периметру поляну окружало шесть огромных высохших дубов, которые придавали поляне печальный вид.

Вдруг, на противоположном конце поляны мы заметили старую скрюченную бабку, собирающую какие-то травы. После трехчасовых поисков хоть каких-нибудь признаков цивилизации, эта бабка показалась нам чуть ли не родной.

– Спроси ее, как нам выйти к шоссе, – сказал брат.

Мы подошли к бабке, и я поздоровался:

– Здравствуй, бабуль! Скажи, пожалуйста, как нам выйти к шоссе?

– Здравствуйте, добрые молодцы, – ответила бабка странным голосом.

 – Простите меня, старую, но только я последнее слово не расслышала.

– Шоссе! – громко повторил брат. – Как нам пройти к шоссе?

– Никакого шоссе я не знаю, – ответила бабка.

– Ну тогда как нам пройти к реке? – сориентировавшись, спросил я.

– Что, молодцы, заблудились? – как-то не по-доброму засмеялась бабка.

– Как это ты, бабуль, догадалась, – не без сарказма заметил брат. – Мы просто гуляем!

– Вот к реке-то я вывести вас могу, – сказала бабка.

 – Но только не буду.

– Это почему? – удивился Алекс.

– А чем вы мне за это заплатите?

От бабкиной наглости меня всего просто разбирало. Однако я сдержался. Я достал сигарету и прикурил от мухобойки, которую специально захватил с собой.

– А чем ты хочешь? – спросил я бабку, а потом, шутя добавил. – Златом, али серебром?

Бабка внимательно изучала, как я затягиваюсь сигаретой и выпускаю дымок кольцами.

– Что это? – вдруг резко спросила она, указывая на сигарету.

Ее взгляд был полон любопытства, как будто она видела сигареты первый раз.

– Ты че, бабуль, это же сигарета, – ответил я.

– Дай мне ее! – заявила она.

Я в недоумении вытащил из пачки сигарету и протянул ей. Она схватила ее, засунула себе в рот и, щелкнув пальцами, подожгла свою сигарету. Этот фокус произвел на нас с братом большое впечатление – от изумления мы пооткрывали рты. После первого затяга бабка изошла страшным кашлем, потом морщинистое лицо ее позеленело, и она вдруг разразилась страшным воплем, видимо, выражавшим полученное ею от сигареты удовольствие.

Она захохотала, как ведьма, а потом, резко повернувшись ко мне, сказала:

– Доброе зелье! Им и будешь платить.

Она, было, потянулась за всей пачкой, однако я вовремя отдернул руку. Сообразив, что эта старуха ничего не знает о сигаретах, я решил набить себе цену:

– Э, нет бабуль, могу дать только еще одну штуку.