Сверхдержава

Небольшая стайка девушек, от которых отделилась птичка, прилетевшая на помощь Шрайнеру, стояла неподалеку и чирикала на своем языке, которого Шрайнер, старый общипанный страус, уже не понимал. Однако почему-то он решил, что поступок Тани является некоторым отступлением от принятого сейчас стандарта. Наверное, если бы он все-таки тюкнулся носом в бетон, сразу набежал бы народ, оперативно вызвали бы «Скорую», отвезли бы его куда следует, спасли… Но вот чтоб просто так – заметить, что человеку плохо, и подойти, и спросить…

– Таня, – сказал он с чувством.

 – Спасибо вам. Мне уже начало казаться, что я прилетел на чужую планету. Здесь все так непривычно, люди такие странные… А вы вот обратили на меня внимание. Спасибо.

– Вы немец?

– Да.

– Герр Шрайнер? Профессор?

– Да.

Шрайнер не удивился. Он уже начал привыкать к тому, что русские видят его насквозь. Наверное, в комплект маленьких технических чудес, полагающихся каждому русскому, входит портативный рентген, встроенный в глаз и просвечивающий каждого попадающего в поле зрения иностранца.

– Мы ждем вас, герр Шрайнер. Сейчас каникулы, но мы специально собрались, чтобы встретиться с вами, послушать вас. Многие приехали из других городов.

– Но почему? – Шрайнер пытался осмыслить логику происходящего. – Вы имеете возможность свободно ездить в другие страны, Таня? Почему вам нужно прерывать свой отдых, чтобы встретиться с каким-то там бошем? Вы никогда не видели живых немцев?

– Я могу поехать в Германию хоть сейчас, – Таня улыбнулась едва заметно.

 – Я была в Германии восемь раз. Но это не то. Нам нужно услышать вас именно здесь. Это совсем другое.

– Что – другое?

– Герр Шрайнер! – В голосе, прозвучавшем сверху, присутствовали оттенки удивления, и радости, и даже некоторого радушия. – Гутен морген, герр Шрайнер! Очень мило с вашей стороны, что вы приехали! Мы вас ждем!

Человек, спускавшийся по ступеням, широко расставил руки – видимо, готовясь затискать Шрайнера в интернациональных объятиях.

Поскольку человек имел цветущий возраст и сложение тяжелоатлета, Шрайнер внутренне съежился, старые переломы его костей заныли как перед дождем. Однако, достигнув Шрайнера, человек ограничился энергичным рукопожатием.

– Вадим Шишкин, – представился он, – дежурный куратор Факультета Международного Воспитания.