В поисках Дерева-Метлы. Короткие мысли отшельника из Соломенной сторожки

Кто у тебя их покупать станет – их искусственный интеллект куда лучше, чем ты, сварганит?

И этого не боюсь. Дураков, покупающих мои картинки, на свете в любом случае немного, и такие даже с пришествием искусственного интеллекта не переведутся.

ГУМИЛЁВ-ЛУГАНСКИЙ

Когда я слушаю «Эхо Москвы» на компьютере, на экране ползёт список рекомендованных радиостанций, расположенных по рубрикам.

Например, «Только Русские песни». Точно так, с прописной буквы. Нажал на «Только Русские песни» и третьим в списке увидел «Казачье радио» из Луганска.

Включил. Там, натурально, казачий хард-рок с педалью «хорус» и «вау-вау», а слова такие:

Между небом и травой,

Между завтра и вчера

Я живой, я иду по городу Петра,

Мои пальцы – старого серебра,

Между мною и тобой —

– завтра и вчера,

Я иду по городу Петра.

Прямо Гумилёв какой-то. Не знаю, правда, сколько Гумилёв бы ждал, пока его казачьи хард-рокеры на луну отправят.

Рисунки для выставки в библиотеке Университета Тиба.

Токио

СВЯТОГЕОРГИЕВСКИЙ 1937

Нарисовал рисунки про Put out more flags, Cat Peter, where are you gone? To the feline Avalon? и Moon is like a giant mirror, тут как раз и солнце засияло.

Спустился с холма в кафе, на террасу, за кофе дочитал книжку А. Эткинда «Внутренняя колонизация». Хорошая. С множеством интересных сведений и наблюдений. Вскарабкался на холм, по дороге зашёл в «Масутис», купил спагетти, соус болоньезе и трёхлитровый бурдюк вина марки «1937» из винограда «Айоргитико», то есть «Святогеоргиевский».

Пью его здесь уже несколько лет, но почему «1937», выяснить пока не удалось.

Рыжий кот на меня с дерева по дороге домой не спрыгнул. Жалко: люблю постоянство бытия.

Завтра надо бы в ArtTime съездить, а то уже неделю в городе не был.

4 февраля

ГАЛСТУЧНЫЙ ИКОНОСТАС

В галстуке я ходил раз десять за всю жизнь, не больше. Да и было у меня всего два галстука. Первый мне подарил, когда мне было лет двадцать, мой отчим В.И. Маликов. Откуда он его взял, не знаю.

Роскошный был галстук, широченный, из китайского пурпурного шёлка, с вышитым золотой и прочими нитями пятицветным драконом. Второй, в начале 80-х, подарили французские друзья – как положено по тогдашней моде, узенький. Кожаный, серого цвета. К счастью, он был на резинке. Завязывать галстук, за ненадобностью, я так и не научился.

Но галстуки меня интересовали всегда, потому что это один из самых нефункциональных предметов мужской одежды.