Публичное одиночество

Деньги вкладываются, дела делаются.

Я принес Путину одну школьную тетрадку. Что было на обратной стороне школьной тетради нашего с вами детства? Пушкин, таблица умножения. А здесь – четыре портрета американских президентов! Кто-то ведь помог своим спонсорским вкладом, чтобы вместо таблицы умножения были американские президенты, чтобы наши детишки знали их, как таблицу умножения.

Это вопрос серьезный. И американцы – люди серьезные. Они вот свою нефть спрятали под замок, они ею не пользуются, мало ли, когда-то через сколько-то лет понадобится, а мы расточаем…

Я бы сделал все, чтобы телевидение не облучало скверными американскими фильмами отечественную аудиторию.

Вот скажите, что делать – пойду и сделаю. (I, 132)

«АННА КАРЕНИНА»

(2013)

Вопрос:На мой взгляд, Вы единственный режиссер, который мог бы снять такой тонкий и трепетный фильм, как «Анна Каренина». Вы не хотите прикоснуться к Толстому?

Ну, я бы хотел, чтобы меня вначале не растерзали, посмотрев «Солнечный удар» по Бунину…

Вы знаете, я как-то робею, хотя, может быть, здесь и не то слово – робею.

Такая глыба – Толстой…

Я «завидую» людям, которые говорят: «Ну чего там, Толстой, Достоевский… Оп-па! Раз – и все, пожалуйста!» Но я думаю, что слишком велики они для такого скорого прикосновения. Уж и к Бунину-то я шел долгих тридцать с лишком лет. И дело не в том, что я стою в «третьей позиции» и кокетничаю. Просто, когда ты читаешь Толстого или Достоевского, – это такое небо, такая бездна…

Вот Сергей Федорович Бондарчук – он бесстрашный человек, он сумел опереться на прозу Толстого.

В его картине очень много текста толстовского. Там закадровые философские размышления Толстого, они сразу же задают масштаб картины. Именно поэтому мы в «Обломове» так же использовали текст романа, который замечательно читает за кадром Толя Ромашин, и мы даже «подложили» шелест перелистываемых страниц, чтобы зрителю было понятно – мы читаем Гончарова. Это было принципиально важно…

Меня очень интересуют «Казаки» Толстого.

Очень современная картина может быть. О том состоянии человеческого духа, когда война не лишает человека достоинства. Когда не берут в заложники беременных женщин, с одной стороны, а с другой – не говорят, что мы одним парашютно-десантным полком всю Чечню поставим на колени. Вот этого – в «Казаках» нет, хотя там есть и человеческая трагедия, и реальная война…

Поэтому мне было бы интересно «Казаков» снять…

А «Анна Каренина»?..

Так много подряд их было.