Белый олень. Часть 3. Одинокий волк под луной

Зло подумалось: это, гаденыш, война! Она наглядно и точно выражает истинную человеческую суть… Это тебе не «эфиоптвою мать!», это тебе не «хемингуёво!»

А Чалый тем временем продолжал, со злобным напором апеллируя к Тугову:

– Стратег с пулей в башке! Ишь ты, возле дорог он собрался дежурить, «языков» захватывать… А чё потом делать с теми «языками»? За собой таскать по всей Чечне? Отвечай, вояка хренов!

– Я отвечу, дай срок… – многообещающе произнес Тугов. Был он высок, жилист, подвижен, его сухопарая мускулистая фигура, вся какая-то натянутая и подбористая, демонстрировала агрессивную силу и стремительность.

Лицо, с острыми резкими чертами, было приметно той мужественной и брутальной красотой, на которую так падки женщины с романтической натурой. Его короткостриженая голова уже светилась глубокой загорелой пролысиной, на висках серебрилась густая проседь, сединой же отливали и узенькие, татарского типа усы с круто опущенными кончиками. Какими-то необычными были глаза Тугова, черные, пронзительные, словно два пулевых выстрела, они не выражали никаких эмоций, словно их владелец находился не на войне, а нудно торговал на рынке осточертевшей картошкой.

На погонах Тугова не было никаких знаков различия, что указывало на его принадлежность к рядовому составу. Наряду с остальными СОБРовцами, имеющими старшинские и сержантские звания, это смотрелось довольно странно. На вид Тугову было уже хорошо за тридцать, в таком возрасте военнослужащие вполне могут носить на плечах даже подполковничьи звезды.

Еще перед затянувшимся вылетом, Сергей обратил внимание на то, что почти весь личный состав, включая и командиров, относился к Тугову с заметным уважением. Его же поведение было подчеркнуто независимым, свободным, в нем не замечалось абсолютно никакого заискивания и традиционной солдатской робости перед начальством. Даже с командиром группы майором Крикуновым и его заместителем старшим лейтенантом Никитиным он держал себя на равных, но общался с ними не панибратски, а так, как предписывает строевой Устав.

Сергей, по какой-то непонятной случайности, весь этот день оказывался рядом с Туговым: сначала они сидели рядом в вертолете, потом вместе, плечо в плечо, тащили параллельные жерди самодельных носилок с раненым лейтенантом Голубенко, затем шли один за другим в походной колонне.