Разыскания в области русской литературы ХХ века. От fin de siècle до Вознесенского. Том 1: Время символизма

Смысл этой катастрофы был многозначителен. Значила она ни больше ни меньше как то, что символизм не был выразителем духа России – тот, по крайней мере, символизм, который был методом наших символистов. Ни “Дионис” Вячеслава Иванова, ни “телеграфист” Андрея Белого, ни пресловутая “тройка” Блока не оказались имеющими общую с Россией меру»[28 - Акмеизм в критике. С. 84–85.]. «Тишина» здесь – аналог «всемирного молчанья», а слепительное да и непримиримое нет – это отсылки к строкам Вяч. Иванова, когда Пифия произносит:

Из Ха?оса родимого

Гляди – Звезда, Звезда!…

Из Нет непримиримого –

Слепительное Да!…[29 - Иванов Вячеслав.

Возможно, здесь надо иметь в виду и стихотворение 1912 года из книги Городецкого, которую Брюсов знал и цитировал:

ПОЭТ

Тут на углу, в кафэ нескромном,

Чуть седоватый, чуть хмельной,

Цилиндр надвинув, в позе томной,

Всю ночь сидит поэт земной.

Друзей меняют проститутки,

Вино меняется в стекле.

Он смотрит, неизменно чуткий

Ко всем явленьям на земле.

Старуха-жизнь, играя в жмурки,

Показывает вновь и вновь

В вине сверкающем окурки

И в твари проданной любовь.

Он смотрит с доброю усмешкой

На простенькие чудеса,

А там Медведица, тележкой

Гремя, ползет на небеса[30 - Городецкий Сергей. Ива: Пятая книга стихов. СПб., 1913. С. 91.].

Земной поэт не отказывается от низкой повседневности не только потому, что в ней есть «простенькие чудеса», но еще и из-за звездного неба, тоже на первый взгляд простенького, но на самом деле осеняющего эту повседневность с проститутками, вином и окурками.

Может быть, будет не лишним сказать в заключение о судьбе того стихотворения Городецкого, на которое, по нашему мнению, реагировал Брюсова. В первой публикации это стихотворение об Адаме. Через год оно превратится в два – одно о себе, другое будет связано с Гумилевым, то есть с теми двумя авторами, которые не побоятся соотнести себя по крайней мере на какое-то время с адамизмом.

I

Прости, пленительная влага

И первоздания туман!

В прозрачном ветре больше блага

Для сотворенных к жизни стран.

Иссякла свято кровь рожденья,

И мудро стынет пыл утроб,

И в стройной плоти воплощенья

Достиг косматый зверь чащоб[31 - Городецкий Сергей. Цветущий посох: Вереница восьмистиший. [СПб., 1914]. С.