Мы, Божией милостию, Николай Вторый…

Строятся и уже почти готовы специальный помост в Кремле и павильон на Воробьёвых горах, на торжества по этому случаю в Москву съедутся несколько тысяч представителей всех губерний и сословий, более 100 иностранных посольств, в том числе: его светлость Эмир Бухарский Сеид-Абдул-Ахад-Хан с сыном-наследником, а также его высокостепенство Хан Хивинский Сеид-Могамет-Рахим-Богадур-Хан. -Хорошо, хоть оба Сеиды, не запутаешься. – Готовятся торжественные обеды, для этого в апреле 1896 года из Петербурга в Москву было привезено столовой утвари более 8 000 пудов, причём одних только золотых и серебряных сервизов – до 1 500 пудов.

А в Кремле устроена специальная телеграфная станция на 150 проводов для соединения со всеми домами, где остановятся чрезвычайные посольства. Сформирован коронационный отряд в числе 82 батальонов, 36 эскадронов, 9 сотен и 28 батарей – под главным начальством великого князя Владимира Александровича (это что – мой родной дядя что ли?). А через 4 дня после коронации, то есть 18 мая, на Ходынском поле планируется народное гуляние и раздача бесплатного угощения. Ходынское поле… я невольно поёжился. Вдруг в моём мозгу пронеслось странное видение: Ваганьковское кладбище, какие-то кусты и бетонный, позеленевший от времени монумент в виде креста. – Ходынка – вот это что! – Я снял телефонную трубку, в ней приятный женский голос сказал мне: Алло! – Соедините, пожалуйста с министром двора, – и через секунду услышал хрипловатый голос Воронцова-Дашкова: – На проводе! – Илларион Иванович, нельзя ли отменить коронацию? – Что? – Я почувствовал, что ещё секунда, и у человека на том конце провода случится инсульт.  – То есть не коронацию, а народные гуляния после неё. Сколько на это предполагается затратить? – Не знаю, надо у Витте спросить! – Витте, Витте, – подумал я,– фамилия знакомая. А не премьер ли это министр? Или министр финансов по крайней мере. – А вслух продолжил: – Может, эти деньги на что-то другое пустить можно? – Ваше Величество, – пришёл в себя Воронцов-Дашков, – да о чём вы говорите! Это же для всей империи событие главное. Весь народ будет веселиться и радоваться подаркам и угощенью. Это же традиция, спокон веку такое было, при всех коронациях. – Илларион Иванович, я вам должен честно признаться, я после этого удара… очень себя плохо чувствую. Саму церемонию ещё может быть выдержу, но это народное гуляние и балы всякие – боюсь, меня на это не хватит.