Крутень

– Федька молод, горяч. Не понимает, что рано нам ярмо на шею одевать. Власть сама ещё не определилась, как хозяйство на деревне вести, а он хочет вперёд его коммуну создавать. Было бы из чего, не вопрос. Поддержки нет, своего тоже кот наплакал. Только разоримся вчистую и больше ничего. Правы мужики, буза пойдёт. Землю за собой застолбим, а там, как получится.

Мысли Клима прервал шорох внизу. Он поднял голову и нащупал в кармане наган. Заскрипела лестница. Кто-то осторожно поднимался на сеновал. Вот открылась дверь и в проёме показалась чья-то голова.

Председатель снял предохранитель.

– Клим, ты здесь? – раздался голос жены.

– Фу ты, черт, чуть ведь не пристрелил, – у Клима от напряжения на лбу пот выступил, – ты чего по ночам шарахаешься?

Клава залезла на сеновал, закрыла дверцу и ощупью добралась до мужа. Она нырнула к нему под одеяло и обхватила Клима горячими руками.

– Тебя ни днём, ни ночью нет, стосковалась я, миленький по мужитской ласке, – залепетала Клава, – забыла уже какой и дух у тебя.

– Вот егоза, нашла момент, – довольный Клим обхватил жену и зарылся лицом в её волосы, ощупывая руками её упругое тело, – совсем как молодые.

– Так мы и не старые вовсе, а ласки так хочется, что и высказать не могу, – торопливо расстёгивая упрямые пуговки, зашептала жена.

Клим только чаще засопел и крепче сжал Клаву.

Под утро довольные и заспанные они слезли с сеновала, и зашли в избу. У печки уже вовсю хозяйничала дочка Даша. В свои семнадцать лет она могла легко справиться со всей бабьей работой.

Сыновья ещё спали после ночной гулянки. Эти не сегодня – завтра сами обзаведутся семьями и отделятся от родителей. Даша посмотрела на мать, хихикнула и продолжила своё дело. А Клавдия с совершенно неуместной улыбкой прошла в свою комнату и стала приводить себя в порядок. Клим, заметив ухмылку дочери, смущённо откашлялся и уселся на приступок с кисетом в руке.

– Ты, Дашка была вчерась на пятаке? – спросил он у дочери.

– Была, – ответила Даша.

– А видела, как Илюха Панов в драку лез?

– И правильно лез.

Этот Федька девок оскорбил. Мишка Дмитриев вступился, а Илья ему помочь хотел. Только Мишка драку не допустил и Федьку прогнал. Федька сам во всем виноват, много о себе думает. Форсу хоть отбавляй, а все не в дело.

– Так я и думал. Надо ему выговор влепить. Не умеешь держать себя, лучше не суйся, – подумал Клим, а вслух сказал, – а ты там себе хахаля не нашла ещё?

Даша вспыхнула, но тут же опустила глаза.