Время умирать. Рязань, год 1237

А тут о прошлом годе еще и брат Юрия Владимирского Ярослав туда вмешался. Киев занял. Сидит теперь на великом киевском столе. Войско изрядное из Владимира туда увел. Так что не до помощи нам теперь Михаилу Всеволодовичу.

– Да какие усобицы, когда вся Русь в опасности от иноплеменного нашествия, – не выдержав, стукнул кулаком по столу князь Федор. – Замиряться надо да сообща отпор давать.

Горяч Федор. Двадцать четыре весны исполнилось наследнику рязанского престола недавно. Высокого роста, широкий в плечах, лицо – кровь с молоком, темно-каштановые волнистые волосы, аккуратно подстриженная бородка.

На два года он моложе Ратьши. Но пока жил тот при княжьем дворе, близко сошлись они, будучи еще подростками. Подружились и дружили до сих пор, делясь при встречах самым сокровенным. Жалко, встречи стали редкими.

– То легче сказать, чем сделать, – тяжело вздохнул великий князь. – Ну да попробовать все же надо. Упредить, опять же. У татар войско, по слухам, большое. Могут и по Чернигову тоже ударить.

Князю владимирскому отписать, конечно, тож. Ну и Коловрат правильно сказал: готовиться надо.

Он повернулся к тысяцкому Будимиру.

– Что там с городовыми стенами, стражей городовой, оружием для ратников? Люди как из полка городового? Давно сбор-смотр был?

Тысяцкий, крупный матерый мужик за сорок с бородой-лопатой, лежащей на груди, повел могучими плечами и степенно ответил:

– А что стены? Стены в порядке. Трех лет не прошло, как всем миром подновляли. И валы тож. Рвы углубляли, опять же.

Боевого железа хватает, хранится как должно. Припасы надобно бы пополнить. Ну да урожай нынче хорош, быстро клети набьем. А по людям…

Будимир пожал плечами.

– По весне учили, как положено. Осенью тоже поучим, ежели успеем. Ничего, княже, народ у нас боевой. С копьем-топором с детства обучен управляться, отобьемся, не впервой.

Князь Юрий кивнул.

– Дай бог, дай бог. А как владычный полк? – Это уже к епископу Евфросию.

Тот поднял опущенную голову, поправил клобук и непривычно глухо произнес:

– Дождались-таки кары Господней… – Горестно покачал головой, потом расправил бороду и уже нормальным голосом ответил: – С полком все хорошо, княже.

Три сотни комонников церковь выставит в любое время.

– Ох уж и комонники, – крякнул Коловрат. – Плохо учите воев, владыка. Городовую стражу на лошадей посадить, и то толку больше будет.

– Учим, как можем, Евпатий, – построжел голос епископа. – Тем паче твои бояре в учителях, на них и пеняй.