РУСЬ – нетривиальная история

Делим 450 центнеров на среднюю производительность доступной биомассы тундры в 17,5 центнеров на 1 га, и получаем 25,71 гектара «выжженной земли», на которой больше ничего не растет, и которая может восстановиться только чрез годы……. Об этом следовало бы подумать!

Но теоретические мамонты про то, как и наши палеонтологи, не задумываются, и за год, таким образом, опустошают без малого 10 000 гектаров или 100 квадратных километров!

И если принять во внимание, что подобных стад было многие тысячи в приледниковой зоне, то очевидно, что всей её биомассы хватило бы на месяц – другой.

И как тут быть?

На эту загадку современная палеонтология «наворачивает» тысячекилометровые миграции доисторических травоядных по лесным таёжным дебрям. Демонстрируя полнейшую чушь «научного мышления», которое до сих пор не признаёт гениальную в своей простоте догадку Льва Гумилёва.

Во время всех ледниковых периодов, сменяемых временными потеплениями ситуация приледниковья мало менялась.

Просто ледники отступали на север, и зона приледниковой степи следовала за ними. А причиной этому было только одно обстоятельство – малое среднегодовое количество осадков этой зоны. Их было мало летом для формирования древесной растительности и также мало зимой, но достаточно для того, чтобы с понижением температуры баланс выпадающего снега и таявшего летом опять смещался в сторону устойчивого оледенения.

Такая игра природы на лезвие ножа продолжалась около 700 000 лет.

За это время ледники наступали и отступали раз восемь.

И вместе с ними на юг либо на север откочевывали массы животных специфической фауны, частью которой был гоминид – снежный человек.

Где-то посредине этого процесса, в Европе и Азии появился неандерталец (см. рисунок 10 – схему его местообитания в Евразии).

Эту схему я привожу опять же в конфронтации с современной палеоантропологией. Она обозначает огромный ареал неандертальца, в котором были найдены остатки его скелета.

Но это не среда его появления как такого. Это места, в которых он существовал в разные времена.

В Европе это останки всего лишь послеледникового времени (11—12 тысяч лет тому назад). То есть, скорее всего, это следы расселения из приледниковой зоны (показана мною черным цветом). Которые суть процесс его вымирания, а, отнюдь, не существования!

Существовал же он и благоденствовал последние 40—60 тысяч лет именно в этой зоне.