Когда рушатся троны…

Министр изящных искусств, знаменитый художник с европейской славой, порывистый, спешащий куда-то, нервный, взвинченный и своим вечно юношеским темпераментом, и коньяком, не вошел, а влетел в кабинет.

Ловким и цепким движением спрыгнув с подоконника, Адриан встретил маленького, с бритым, пухлым лицом и с шапкой седых курчавых волос министра изящных искусств.

Появление Тунды было сюрпризом. Несколько дней назад совет министров командировал его в отдаленную часть Пандурии последить за археологическими раскопками в одном из небольших имений короля Адриана.

Там были высокие, правильной формы курганы; им около восьмисот лет. Почему же веселый, жизнерадостный Тунда не там, а в столице, и с криво повязанным галстуком, с сигарным пеплом на пиджаке, пулей врывается в кабинет, где его принимает король?.. Он так знаменит и так исключительно талантлив, – еще при покойном Бальтазаре, когда этикет был строже, чем теперь, Тунде прощалось многое – и артистический беспорядок в костюме, и развинченность манер, и привычки артиста, на всю жизнь оставшегося богемой.

На Тунду никак нельзя было рассердиться. Своим пухлым лицом, своими весело поблескивающими, нередко хмельными глазками, своим неизменным благодушием он обезоруживал всех, начиная с покойного короля Бальтазара, одним взглядом своим приводившего в трепет сановников и генералов…

– Ваше Величество, поздравляю Вас!

– С чем?

– Как с чем? Э, вы еще ничего не знаете! Да и не можете знать! Разве я примчался бы оттуда, если бы…

– Да с чем же вы меня поздравляете, дорогой профессор?

– С наследством! И еще с каким наследством!

– Откуда? К сожалению, короли не имеют американских дядюшек.

С неба, что ли свалилось?

– Как раз наоборот. Ваше Величество! Из самых недр земли. Продолжая раскопки, мы наткнулись на два глиняных горшка в виде урн, примитивных, грубых, заостренных книзу. Обе наполнены старинными золотыми монетами.

– При чем же я здесь?

– Как при чем? Клад найден на вашей земле, следовательно, – ваша собственность! Не верите мне, Государь, – спросите графа Видо.

Граф большой законник…

– Господин министр изящных искусств вполне прав. Клад – законная собственность Вашего Величества.

– Но все это странно так, и я себя нелепо чувствую. Менее всего хотелось бы воспользоваться этим золотом. Какая приблизительно ценность его?

– Это не по моей части, Ваше Величество, – ответил Тунда. – Я люблю тратить деньги, но не люблю их считать.