Русские и японцы на Сахалине

Хребет гор, тянущийся несколько верст, вдоль берега Анивы от мыса Крильона, поворачивает, не доходя до реки Туотоги, во внутрь острова, куда он тянется сопровождая Туотогу, то приближаясь к ней версты на три, то опять отходя. Во время осмотра реки, мне удалось с одного места её ясно усмотреть, что хребет этот очень близко подходит к хребту, тянущемуся по левому берегу реки Сусуи, от устья её с берега залива, точно так же как и горы западного берега Анивы и р. Туотоги, так что две эти реки, находясь в равнине между двумя хребтами, как я сказал, близко сходящимися, должны непременно, тоже в одном месте, течь в очень близком расстоянии друг от друга.

На расспросы мои у аина, он подтвердил мое убеждение, сказав, что у ближайшего селения есть короткий перевоз по Сусую. Во время ходьбы нашей по Туотоге, разгоряченные уже сильно нагревающим солнцем и скоростью ходьбы, мы почувствовали все трое большую жажду. Аин нам сказал, что близко находится ручей, впадающий в реку, вода которого считается японцами целительною. Придя к этому ручью, мы напились из него. Не знаю, целительна ли вода, но очень хороша на вкус, и чиста. Мы воротились в юрту порядочно усталые. Аин нам все повторял: русский много ходит! Вообще, любящие покой аины очень удивляются нашим обычаям и образу жизни. Поездки в дурную погоду, по дурным дорогам большими расстояниями, без отдыхов, во время осмотра страны, всегда казались им удивительными. Напившись чаю с невыразимым удовольствием, я начал свои наблюдения над собравшимся обществом аинов. Хозяин юрты – трудолюбивый аин (значит редкий); жена его, молодая женщина довольно приятного вида и очень веселого нрава. Познакомившись хорошо с казаком Томским, она шутила с ним и много смеялась, когда он, отвечая ей, делал ошибки в словах. В этой же юрте живет старуха, должно быть мать жены хозяина, или его самого. Анны почему-то не объясняют охотно родство свое и потому им нельзя в этом верить. Впрочем, и во всем они бессовестно лгут. Старуха очень уродлива, в особенности отвисшие толстые губы, намазанные синею краскою, дают ей страшное и отвратительное выражение. Я недавно узнал, как аинки дают губам своим синий цвет. они надрезают их ножем во многих местах, а потом натирают углем или сажею. Кожа принимает тотчас синий цвет. Когда помазаны собственно одни только губы, то это еще не так гадко, но большею частью и часть лицевой кожи, окружающей губы, тоже окрашена, и очень неровно и неправильно.