А он не вернулся из боя

Я хорошо знаю командира – нормальный мужик, наш язык хорошо знает.

Они пожали друг другу руки, и Бровиков направился к солдатам. Коблика он увидел сразу. Тот стоял рядом с Шуваловым, Николаевым и Леоновым. При подходе офицера солдаты дружно ответили на приветствие.

– Ну как, братцы, готовы?

– Так точно. Ждем командира строиться – и на аэродром. «Вертушки» уже ждут нас.

– Как ты, Николай? – спросил Бровиков.

Друзья Коблика, зная, что они земляки, отошли к своим рюкзакам, сложенным у барака.

– Нормально, – ответил Николай, – получил вчера письмо от мамы. Привет тебе передает. Пишет, что у твоих тоже все нормально. Правда, мама твоя сказала, что давно написала письмо, а ответа так и нет.

– Замотался, постараюсь как можно скорее написать. Ты все собрал?

– Да, не впервой же. Главное, что свой пулемет не забыл, – улыбнулся Коблик. – Я там еще не бывал, говорят, интересные места.

– Ты уж там не очень любуйся, Коля, места опасные. Наших сил там нет. «Духам» перевал, который вы возьмете на контроль, позарез нужен.

Будь осторожен!

– Есть быть осторожным! – весело козырнул Николай. – Ну что, слышишь, команда строиться, я побегу!

– Давай, браток, – и Бровиков впервые по-мужски обнял его.

От этого обоим стало немного не по себе. Как будто расставались навсегда.

Бровиков направился к своему взводу. Вот-вот сыграют подъем. Он решил после завтрака встретиться с командиром стройбата и, когда явился к нему, застал его в размышлениях. После приветствия Жуковский сказал:

– Сил вроде немало у нас, но не все саперы готовы к ведению боя, двадцать вообще новеньких, пороха еще не нюхали.

Поэтому я и попросил командира направить ваш взвод со мной, тем более что у вас новая техника – БМП-2. Эта машина во многом отличается от БМП-1 и БМД. Усилено днище, а то в старой оно легко пробивалось взрывом мины. Доработана ходовая часть и, самое главное, орудие, стреляющее одиночными, заменено на новое, пусть меньшего калибра, но очень эффективное в бою. Огонь из тридцатимиллиметровых орудий можно вести пулеметными очередями, причем угол огромный, и можно бить по вершинам.

Жуковский вспомнил, как однажды в ущелье ему, тогда еще командиру роты саперов в составе батальона Бунцева, довелось наблюдать, как солдаты вели бой с противником, принимая «позу женщин», как назвал ее один из юмористов батальона. Ситуация сложилась так: «духи» – на вершинах, а батальон – внизу, на дне ущелья.