Энтария, еще одна сказка

 – Там же все, что мне нужно знать…

Ариф сказал правду, когда говорил о полной неуязвимости своего писания. Он не учел только одного.

– Твою ж!.. – Вырвалось у юноши, когда он подобрал то самое «нечто», что скрывалось под тиной и привлекло кучу крабов. – Они ее съели. Они ее просто съели. Ариф, скажи. За что мне это? Ты столько лет ждал момента, чтобы рассказать мне все, а теперь…

Антрий грузно опустился на песок с остатками книги. На корешках страниц можно было прочесть обрывки фраз, но что от них сейчас толку? Закрыв лицо ладонями, юноша всхлипнул от отчаяния.

Бесценный дневник, способный пережить шторм, просто-напросто съеден крабами. Осталась лишь тонкая корочка и корешки страниц.

Впрочем, на обратной стороне обложки вдруг, сверкнув яркой вспышкой, проявились ярко-зеленые буквы. Раньше букв там точно не было. То ли о морской воды они проявились, то ли еще от чего. Антрий не стал вдумываться, а жадно впился взглядом в текст.

«Мой дорогой сын. Мне жаль, что я за много лет так и не рассказал тебе о нас, о тебе и о твоем отце.

И даже то, что ты был самым разболтанным и несносным ребенком последние несколько лет, меня не оправдывает. Прости меня, за этот дневник. В нем нет ничего, что поможет тебе узнать про твоего отца. Столько страниц и все впустую. Ты ведь меня понимаешь?»

– Столько пропавших страниц, которые я так и не прочел. – Грустно произнес Антрий и продолжил чтение.

«Все, что тебе стоит знать – это то, что твой отец был великим человеком, о котором знают все маги Энтарии, он был настоящим О…»

– Эй… – Прикрикнул было юноша, но это не помогло.

Текст начал таять на его глазах. – Да что это такое? Как вернуть буквы? Что? Как? За что?

Но буквы просто медленно исчезли. Расплылись зелеными кляксами и пропали. Не оставив ни намека на то, кем был отец Антрия. «Настоящий О». И что это? Охотник? Ополченец? Охранник? Остроном? Последнее слово, впрочем, писалось с буквы «А».

Густой утренний туман стелился прямо по земле, назидательно покалывая тело ледяными иголками – нечего, дескать, тут рассиживаться.

Странно, по ту сторону шторма был день, почти вечер, тогда как здесь только-только всходило солнце.

Откашливаясь соленой водой, Антрий снова поднялся на дрожащие от боли и холода ноги и попробовал сделать шаг. Через миг его подбородок уже был в песке, а голова гудела, словно ее с размаху ударили сразу две наковальни.

– Надо… идти… – Мысли нашли хоть какое-то направление.