Годы лейтенантские. Я родился на советской земле. Исповедь офицера

Бологое… Думал ли я ещё несколько месяцев назад, ранней весной или даже ещё зимой о том, что попаду в этот городок не случайно, на несколько дней, а для службы на несколько лет – не в сам конечно, городок, но так уж расположена была часть, куда получил направление, что Бологое играло в жизни офицеров важную роль. Всё же райцентр. Несколько месяцев назад привозил я сюда бронетранспортеры старенькие, Бтр-40, для съёмок фильма «Проверка на дорогах», кажется, написанный по книге «Операция «С Новым годом».

Ну а броники эти долгое время приспосабливали для съёмок фильмов под немецкие, разрисовывая крестами. В войсках они уже мало встречались, да и вообще забываться стали. Пришли им на смену БРДМ, боевые разведывательно-дозорные машины, гораздо более совершенные, к тому же плавающие. Заменили и БТР-152 на БТР-60П, то- есть, плавающий. Затем БТР-60ПБ. «Б» – значит не только плавающий, но и башенный.

Приказано было доставить броники в Бологое и сразу вернуться в полк.

Броники… Я как-то произнёс, это слово, там, на съёмках, а кто-то из киношников схватил ручку и воскликнул:

– Ой, как вы сказали? Броники? Дайте запишу.

И записал в блокнот. Фольклор военный!

Комбат, который был там с солдатами, выделенными для обеспечения съёмок, меня в Бологое оставил. Выполняется последнее приказание, даже если вернуться приказал командир полка, а оставил комбат.

Ну что ж. Поселились в вагончике на запасных путях. Помню, как снимали сцену, когда наш разведчик стрелял с вышки, а потом ронял пулемёт, и тот падал снег.

А ствол разгорячённый, шипел. И пар над ним поднимался.

Долго не получалось. Да и снег уж почти стаял на путях. Пригнали пожарные машины и стали пеной снег изображать.

Комбат был из старых, настоящих комбатов, которым дальше уже дорога по возрасту и образованию закрыта, но опыт колоссальный. Вот и дослуживал до выхода в запас. Только выпивал много. А там и не с кем. Был с ним один двухгодичник лейтенант Герасимов, кажется, Геннадий. Но он философ. Филфак МГУ окончил.

Настолько заученный там, что уже не марксистско-ленинской философией, как положено, а всякими модными течениями интересовался. Спокойный, но робкий.

Иду как-то по вагончику солдатскому, и вдруг рука с верхней полки на плечо:

– Привет, сеньор!

Я уже другим был. Не то что в бригаде, где стал бы вразумлять, что так нельзя. В мгновения за шиворот, с полки и поставил перед собой.

А солдат:

– Ой, извините, не узнал. Показалось, что лейтенант Герасимов.