Любовные драмы русских поэтов

Денис Васильевич любил детей, и за детьми дело не стало… Софья родила ему девятерых: пятерых сыновей – Дениса, Василия, Николая, Вадима, Ахилла и четырех дочерей – Юлию, Марию, Екатерину, Софью.

Он сроднился с военной службой, от которой никогда не отлынивал, но теперь настрой его изменился – он все чаще стал испрашивать себе отпуска, чтобы находиться дома рядом с любимой женой и детьми.

Биограф отметил: «Даже Кавказская война, куда он был направлен под начало генерала Ермолова, его не увлекла.

Он пробыл в действующей армии всего два месяца, а затем выпросил у Ермолова шестинедельный отпуск для поправки здоровья. Заехав для вида на минеральные воды, разослав для убедительности несколько писем о своей болезни (в том числе и Вальтеру Скотту), он помчался на Арбат в Москву, где его в то время ждали три сына и беременная в очередной раз Софья».

Но окончательно выйти в отставку долгое время не получалось. Его попросту не отпускали, держа на службе как реликвию.

Правда, делами не загружали, «вся его служба ограничивалась ношением генерал-лейтенантского мундира».

Он был безмерно счастлив в семье и совсем забросил поэзию. Работал над многими историческими произведениями, над воспоминаниями. Четырнадцать лет Денис Давыдов не писал стихов, и кому-то могло показаться, что нет больше «поэта-партизана» певца шампанского и женщин, удали и отваги.

И вдруг письмо Жуковскому: «Скажу тебе, что из степного жилья моего переехал на зиму в Пензу… Здесь ежедневно балы, гастрономические обеды, вечера, катанья, благородные спектакли и концерты, словом, весь хаос столицы, сея надеждами, сплетнями, интригами, волокитствами, а как я подобно тебе не могу без юбки-вдохновительницы, то избрал для себя бывший твой предмет Золотареву».

Он был очень строг к себе, к своему творчеству, но вдруг написал:

«Последние стихи, сам скажу, что хороши… Да и есть ли старость для поэта? Я, право, думал, что век сердце не встрепенется и ни один вздох из души не вырвется.

Золотарева все поставила вверх дном: и сердце забилось, и стихи явились…»

«Я вас люблю затем, что это – Вы!..»

Вновь полились удивительные стихи:

В тебе, в тебе одной природа не искусство,

Ум обольстительный с душевной простотой,

Веселость резвая с мечтательной душой,

И в каждом слове мысль, и в каждом взоре чувство.