Любовные драмы у трона Романовых

Затягивая разговор, поинтересовалась, как поживает супруга князя, не подозревая, скорее всего, как огорчают и даже раздражают его подобные вопросы.

О чём могли говорить во время встречи тет-а-тет боевой генерал и юная принцесса? Багратиону могло показаться, что Екатерина Павловна как бы прощупывает его, пытается заглянуть к нему в душу, понять, чем дышит он.

А потом были и другие встречи, было общение на различных дворцовых мероприятиях, что породило многие пересуды, поскольку тайные знатоки-свидетели или те, кто что-то когда-то слышал от свидетелей, судачили об отношениях, сути которых не понимали, переводя в своём воображении встречи в тенистых аллеях близ Розового павильона в сам Розовый павильон.

Кстати, павильон этот уже был знаменит платоническим романом императора Павла Петровича с Анной Лопухиной…

Во время одной из встреч великая княжна Екатерина Павловна задала прославленному генералу прямой вопрос:

– Готовы ли вы, князь, поддержать добрые силы патриотов и ту собеседницу, которую видите сейчас перед собой, если потребуется сделать это во имя России?

Аккуратный, осторожный вопрос.

Багратион сразу не сообразил, что имела в виду великая княжна. Он, как «генерал, по образу и подобию Суворова», как истый солдат, полностью отдающий себя полям сражений и битв, не понимал, что не всё решается в битвах, даже если сражаются с противником настоящие воины, подобные суворовским чудо-богатырям. Не знал он и о том, что осенью 1807 года шведский посол в России граф фон Стедингк (Стединк) писал в Стокгольм королю Густаву IV Адольфу о непрочном положении императора на троне:

«Говорят о том, что вся мужская линия царствующего дома должна быть отстранена, а так как императрица мать и императрица Елизавета не обладают соответствующими данными, то на престол хотят возвести великую княжну Екатерину».

О критическом для императора России положении был извещён и Наполеон, который 16 сентября 1807 года сообщал своему посланнику в Санкт-Петербурге Анн Жану Мари Савари: «Англичане насылают дьявола на континент.

Они говорят, что русский император будет убит…».

Но всё это не было известно князю Багратиону, и он пока ещё не понимал, что перед ним не просто девятнадцатилетняя девушка, что перед ним русская великая княжна, настоящая дочь своего отца Павла Петровича, сложившего голову в борьбе с сановными уголовниками в борьбе за Россию.