Остров милосердия. Хирурги в спецоперации

Сам подал рапорт!

Немая сцена, завершённая восклицанием Мальвины:

– Нее-но-ор-мальный.

– Ты что? – побледнела Лариса. – Это правда?

– Таким не шутят.

Она бросила резкий взгляд на подруг и те, поняв, что дальнейшее их присутствие нежелательно, стали поспешно собираться.

Когда закрылась дверь за ними, Лариса спросила:

– Зачем же ты сам-то? Понимаю, если б послали.

– Давай не будем об этом. У каждого своё понимание долга, – и прибавил: – Не хочу высокопарных слов, а потому не будем.

– Ведь там могут убить.

– Могут, как могут любого. А могут любого ранить, а я вот хочу тех, кого могут ранить, спасать, потому что чувствую в себе силы делать это, потому что сумел приобрести опыт.

Пауза затянулась. Ему вдруг стало как-то очень душно в комнате, как-то неуютно и некомфортно рядом с Ларисой. Спас приход её матери. Она обрадовалась, увидев гостя. Но Лариса тут же ошарашила:

– Миша завтра уезжает на войну.

Мать что-то хотела сказать, но посмотрела на его жёсткий, суровый взгляд и произнесла явно не ту фразу, что была готова сорваться у неё с языка:

– Что ж, доченька, на то Миша и кадровый военный!

– Ну мне пора! – сказал Гулянин, – Ещё дел много.

Уже на улице, когда не спеша шли по бульвару, Гулянин, чтобы избежать каких-то разговоров, которые могли ему не понравиться, стал рассказывать об операции, которую сделал совсем недавно и о подвиге хрупкой девчушки, потрясшем его.

И не удержался:

– Вот такая у нас молодежь! Раньше я думал, что все такие вот, как твои Агнии и Мальвины. Ан нет… Мы считали, что герои остались в прошлом. Прадед рассказывал мне, как во время одной операции начался налёт врага. А порядок был такой – всем в укрытие, кроме оперирующих бригад. Ведь операцию прервать нельзя… И вот разрыв бомбы, палатку снесло взрывной волной, посыпались комья земли, а медсестра, молоденькая медсестра-москвичка, кстати, раскинула халат и склонилась над раненым, чтоб защитить операционное поле… Вот так.

Лариса молчала. В ней происходила какая-то внутренняя борьба. Она была вроде, как и из компании этих самых подруг, и в то же время не потеряла что-то важное, доброе.

Они остановились неподалёку от дома Гулянина.

– Ну что ж, до встречи, – сказал он.

– А когда она будет?

– Только после победы.

Перелёт был недолгим. Путь тот же, по которому раненых доставляли в Москву, только в обратном порядке.