Русские государи в любви и супружестве

Дмитрий скинул с плеч горностаевую приволоку, взял со столика подсвечник с горящими свечами.

– Дай я тебя разгляжу! – сказал он, улыбаясь.

Евдокия закрыла лицо руками, князь отвел ее руки и усадил в кресло. Сел у ее ног, поставив подсвечник на пол.

– Как жить будем, сероглазочка? Как муж с женой или как князь с княгиней? Я полюблю тебя, ты красивая! Не знал я, что ты такая! Для Москвы, для княжества сватали, но надеялся, что так по сердцу придешься!»

Полюбилась князю Дмитрию юная Евдокия, и она ответила на его любовь искренне.

Брак, хоть и выгоден обеим сторонам, оказался, тем не менее, заключен не по расчету, а по любви. И вся дальнейшая жизнь супругов стала тому подтверждением. Современник, кстати, написал о Дмитрии и Евдокии такие слова: «Оба жили единою душою в двух телах; оба жили единою добродетелию, как златоперистый голубь и сладкоглаголивая ластовица, с умилением смотряся в чистое зеркальце совести».

Составитель Жития князя Димитрия пишет, что бракосочетание юных князя и княгини «преисполнило радостию сердца русских».

И далее продолжает: «Евдокия, несмотря на совсем юный возраст (а ей было всего 13 лет), сразу же проявила себя по отношению к народу по-матерински: помогала погорельцам отстраивать дома, на свои деньги хоронила умерших от чумы». Летописцы отмечали, что она тогда «много милости сотворила убогим».

Димитрий и Евдокия искренне полюбили друг друга.

«Любящего душа в теле любимого. И я не стыжусь сказать, что двое таких носят в двух телах единую душу и одна у обоих добродетельная жизнь.

Так же и Димитрий любил жену, и жили они в целомудрии…» – так говорится о князе и княгине в летописях…

Евдокия Дмитриевна, по воле которой была перенесена в Москву святая икона, еще раз напомнила своим соотечественникам, что «Не в силе Бог, а в Правде».

В «Житии…» далее говорится: «В 1370 г. Евдокия родила первого сына Даниила (он не прожил долго), в 1371 г. – второго, Василия. Так и повелось: каждые полтора года – по ребенку: 8 мальчиков и 4 девочки за 22 года семейной жизни.

Князь же бывал в Москве наездами – в перерывах между военными кампаниями.

Следует сказать, что вся жизнь великокняжеской четы проходила под духовным руководством и благословением великих святых земли Русской: святителя Алексия и преподобного Сергия Радонежского, а также ученика преподобного святого Феодора, игумена Московского Симонова монастыря (впоследствии архиепископа Ростовского), который был духовником Евдокии.