Занимательная аналитика. Пособие для особых

Этот архив, несколько десятков коробок, мы бережно перевезли из Алматы в Астану. Наши коллеги из других отделов сильно ворчали, помогая нам разгружать поздним ноябрьским вечером 1997 года этот бесценный груз.

Потом он хранился в отдельной комнате в первом здании администрации президента в правобережной части Акмолы/Астаны, переехал в построенную на Левом берегу Акорду. Заведовала им одна из сотрудниц, проработавшая в администрации главы государства многие годы до самой пенсии.

К сожалению, потом развитие компьютерных технологий на рабочем месте государственного аналитика, превращало в анахронизм этот бумажный архив.

Его стали кромсать, уничтожать по частям, сокращать объёмы выделяемых для него помещений. Всё это, конечно же, можно было оцифровать, но никому до этого дела не было. В конце концов, и саму хранительницу архива захотели просто сократить или уволить за три года до выхода на пенсию.

Помню, она пришла ко мне и жаловалась, что её ставка кому-то понадобилась, и от неё требуют написать заявление о переводе в какое-то архивное учреждение.

Мы работали уже в разных отделах, и я посоветовал ей не делать этого, обещал переговорить со своим начальником, что и сделал почти сразу же. Её оставили в покое, по крайней мере, обещали не трогать и дать доработать до выхода на пенсию.

Работая на государство и общаясь с аналитиками других стран, я узнал, что в ряде серьёзных аналитических центров, например США, есть практика специальных деловых игр. В них создаётся иллюзорная геополитическая или политическая ситуация, очень приближенная к реальности или её попросту имитирующая.

Там придумываются названия стран, партий, имена их лидеров, президентов и премьер-министров.

Каждому игроку отводится определенная роль, требующая каких-то прогнозов и выводов, действий и решений. И такие игры, уже затем в реальности, помогают специалистам вырабатывать аналитические схемы, тренируют мозг аналитика, настаивая его на работу в онлайн режиме в условиях форс-мажорных проблем и вопросов.

Всё это очень похоже на то, что творил я в своем детстве и отрочестве, не забросив такие умозрительные упражнения и в юности, и в зрелые годы. Поэтому «игра в Кашландию» до сих пор сопровождает меня. Я иногда думаю об этом, когда долго не могу уснуть, когда просто надо переключиться с тематики одного реального дела на другое, когда чувствую приступы или намёки какой-либо растерянности и сомнений. И это помогает.