Свалившиеся на мою голову. Частный детектив

Проскакав миль триста-четыреста в таком темпе, коник чегой-то сник, заржал, брыкнул ножкой и сдох. Все попытки реанимировать коника, ни к чему не привели. Не помогло даже искусственное дыхание и массаж, проделанные Эллой. Я кое-как затащил дохлятину в стойло и мечтательно вопросил сам себя:

– Интересно… Далеко ещё?..

Элеонора МакЛеон оставила на моей груди свой автограф острыми, как бритва коготками и промурлыкала:

– Кажется… пришли…

Мы, действительно немного-то и не дошли.

Метров десять всего.

И, между прочим, правильно сделали, так как нас опередили и прислонив к бамперу свою жирную задницу, у машины маялся один из гориллоподобных сподручных Сэмми.

– Элла… ты хочешь уехать отсюда… живой?..

Девушка вздрогнула, как будто я зацепил самые сокровенные струны её души. Скорее всего, я опять угадал.

– Ты всегда так шутишь… или только со мной?!!

– Ты должна отвлечь… дядьку…

– В смысле?!! Ты хочешь сказать… что я должна подойти к нему и развлекать его… пока ты будешь заводить машину?.

Вот вид у неё был как раз тот, что нужно!

Если не считать прозрачной материи, сбившейся где-то в районе шеи, именуемом пеньюаром, вообще-то на ней ничего больше и не было!

Ах, да, я сейчас только заметил, на ней была ещё и татуировка ввиде чёрного «байка», с чёрным байкером за рулем, несущимся или в светлое будущее, или в ад!

Во всю спину!

– А… по моему… так… самое оно!.. Если ты …МЕНЯ… самого… смогла с ходу уговорить… то и мальца того… тоже сможешь…

– А… нельзя его просто… убить?.

Я вздрогнул.

А когда взглянул в небесно-голубые глаза девушки, мне стало совсем страшно:

– Зачем-же так-то… сразу?!! У него… может быть …даже… мама была… Это сейчас он такой… нехороший… а в детстве …может… очень даже славным карапузом был… Пока шары не отморозил… Ну-же… детка… смелее… – Сказал я, скорее самому себе, и, придав ускорение её попе, пополз по-пластунски в обход.

Гориллоподобный в этот момент как раз пытался целиком засунуть в пасть самый большой Биг-Мак на свете.

– Матерь Божья!.. Пресвятая Дева Мария!.. Иисусе Христе!.. Спаси и сохрани!.. Свят… свят… свят!!! – Парень на всякий случай перекрестил «Деву» 45 калибром и по-католически, и по-протестантски, и по-православному, и ещё не известным науке крестом.