Летчицы. Люди в погонах

В полосе Западного фронта противнику удалось прорвать оборону наших войск и своими танковыми соединениями выйти на северо-западную окраину Витебска…»

В комнату входит возбужденный Виктор, бросает на стол шлемофон.

– Можешь поздравить, голубок. Еще один фашистский транспорт на дно моря отправили.

Ольга нетерпеливо перебивает его:

– Немцы взяли Псков, подошли к Витебску…

Виктор сразу сникает:

– Прут, гады…

– Что же будет дальше, Витя?

– Прут, гады… – монотонно и тоскливо повторяет он. Помолчав, добавляет: – А что, Оля, если тебе уехать к матери?

– Нет, нет… Я останусь здесь, с тобой, – протестует она, вставая с дивана.

– Сама видишь, аэродром и город бомбят. Оставаться тут опасно.

– Нет, Витя. Мы останемся здесь. И не настаивай…

А в августе 1941-го Виктор погиб. Его подбили в море, и он направил горящий самолет в немецкий транспорт… Ольга с сыном вернулась к матери в Саратов.

Как-то раз она шла по знакомой улице. По этой улице Ольга ходила в школу, здесь она встречалась с Виктором, по этой дороге он провожал ее домой.

Она знала тут каждый переулок, каждый дом, даже звонки трамваев, казалось, были знакомы. И вдруг она услышала знакомый рокот самолета. Подняв голову, увидела в небе крохотный ПО-2. Глаза ее потеплели, будто встретила старого доброго знакомого. И сразу вспомнился аэроклуб, первые самостоятельные полеты… После занятий в школе они спешили в аэроклуб. Ребята раньше девушек сдали экзамены, приступили к полетам и, конечно, гордились этим, подтрунивали над девушками:

– Летать по «коробочке» вы еще сможете, а выполнить «штопор» или «петлю Нестерова» смелости не хватит.

Высший пилотаж – дело мужское.

И Ольга решила доказать, что у девушек смелости хватит и на «штопор», и на «петлю Нестерова». На шестом самостоятельном полете она набрала высоту, решительно потянула ручку управления самолетом на себя. В тот же миг будто сильные руки схватили ее за плечи, стали прижимать к сиденью.

Ольга хотела поднять голову, осмотреться, но перегрузки росли, и она не смогла разогнуть шею.

Самолет задирал нос все круче и лез почти вертикально вверх, будто по крутой лестнице взбирался на небо. Ольга пыталась сориентироваться, но все перепуталось, и она не могла уже определить, где земля, где небо.

Самолет летел колесами вверх, а Ольга висела, привязанная к сиденью ремнями, головой вниз, растерянная, беспомощная. Ей казалось, сейчас ремни оборвутся и она камнем полетит вниз. Было жутко, удары сердца отдавались в висках.