Житие Федора Абрамова

Молодых уже считали женихом и невестой, и, наверное, они поженились бы и жили счастливо, но в бесхитростные планы влюбленных неожиданно и властно вмешалась судьба.

В Верколе появился Александр Абрамов, будущий отец писателя.

«Он лет семь работал на заводе[4 - Есть сведения, что в 1897 году Александр Степанович Абрамов служил кучером в Архангельске.]. Но в городе он не прижился – кроме пары штиблет и гармоники никакого богатства не накопил. Но его пара, гармонь произвели сильное действие на деревенских.

Стали говорить: Олекса человеком вернулся, капиталы привез. Вишь и гармонью обзавелся… Словом, отец стал сразу же заметным парнем. Хотя и происходил из бедной многодетной семьи.

В первый же праздник он всю деревню покорил игрой на гармони и городскими песнями (благородными, модными) о любви и страданиях. Отец, действительно, играл превосходно. Слухи об этом дошли до наших дней.

На первой же гулянке отцу приглянулась моя мать, и он решил сватать ее».

Происходило это, по-видимому, в 1904 году.

Тогда, если основываться на данных переписи 1897 года, Степану Кирилловичу Абрамову было уже 69 лет, его сыновьям: Павлу – 35 лет, Александру (Олексе) – 26 лет, дочерям; Василисе – 35 лет, Параскеве – 21 год.

Степан Кириллович вначале попытался отговорить сына, объясняя, что Степаниду за него не отдадут и лучше и не позориться, а подобрать ровню, но Александр уперся.

Кроме Степаниды ему никто был не нужен.

Видя, что «загорелся парень», Степан Кириллович хитростью решил получить то, добиться чего в честном сватовстве он не рассчитывал.

Когда пришли в дом будущего тестя, Степан Кириллович повел разговор о детях, а потом заговорил о Степаниде. Он сказал, что о ней идут слухи, хочет де самокруткой выйти за Степку.

«Отец Степаниды был большой самодур. Тут же взбесился».

– За Гашку-дурачка отдам! – закричал он.

Сват только этого и ждал.

– Зачем за Гашку-дурачка? – сказал он. – Отдай за моего Александра. Чем не парень.

«В это время с гулянья вернулась мать. Отец ее схватил за руку, подвел к моему отцу, снял с божницы икону и, недолго думая, благословил их.

Мать несколько раз падала в обморок. Ее отливали водой. Отец готов был уже на попятную, но дед со стороны матери и слышать не хотел.

Назавтра была сыграна свадьба».