Житие Федора Абрамова

«Что помню я из детства? – задает он вопрос в заметках «Из жития Федора Стратилата», и тут же начинает перечислять: – Сельскохозяйственные работы доколхозной поры: сенокос, молотьбу, уборку репы, копку картошки, пастьбу коров, вывод коня (Карька) на водопой»…

Уже будучи знаменитым писателем, с гордостью вспоминал Федор Абрамов, что ему было всего шесть лет, когда он научился косить.

Гордость эта объяснима.

Сенокос в Пинежье – не просто важная страда, обеспечивающая в итоге выживание местных жителей.

На сенокосе мечтают умереть многие герои рассказов Федора Абрамова. И заслужить эту смерть может только очень хороший человек, как, например, Кузьма Иванович из «Травы муравы»:

«Однажды утром Кузьма Иванович попросил:

– Вывезите меня сегодня на пожню. Я сегодня помирать буду.

– Папа…

– Везите.

Не привыкшие возражать отцу дети запрягли лошадь, уложили отца на телегу – сидеть он уже не мог.

На покосе Кузьма Иванович сказал:

– Снимите меня с телеги да положите на угорышек – чтобы я реку, и вас и весь свет белый видел.

Положили.

– А теперь идите. Возьмите грабли да работайте и пойте.

– Папа, но как же тебя одного оставить?

– Делайте, как я сказал.

Дети послушались. Взяли грабли, рассыпались по лугу и начали загребать сено. И петь любимую песню отца:

Хожу я по травке, хожу по муравке.

Мне по этой травке ходить не находиться,

Гулять не нагуляться…

Через час, когда работающие сделали перекур и подошли к старику, он был мертв»[13 - Абрамов Ф.

Впрочем, что говорить о смерти на пожне, если в прозе Федора Абрамова на сенокос даже с того света отпускают…

«Который уже раз снится все один и тот же сон: с того света возвращается брат Михаил. Возвращается в страду, чтобы помочь своим и колхозу с заготовкой сена.

Это невероятно, невероятно даже во сне, и я даже во сне удивляюсь:

– Да как же тебя отпустили? Ведь оттуда, как земля стоит, еще никто не возвращался.

– Худо просят. А ежели хорошенько попросить, отпустят.

И я верю брату. У него был особый дар на ласковое слово. Да и сено для него, мученика послевоенного лихолетья, было – все. Ведь он и умер-то оттого, что, вернувшись по весне из больницы, отправился трушничать, то есть собирать по оттаявшим дорогам сенную труху, и простудился»[14 - Абрамов Ф. Светлые люди. С. 311.].