Житие Федора Абрамова

В бывшем священническом облачении и произнес Федор знаменитые слова самозванца:

Нет, мой отец, не будет затрудненья:

Я знаю дух народа моего:

В нем набожность не знает исступленья:

Ему священ пример царя его…

Как вспоминает Павла Федоровна Фофанова, на поясе у Абрамова во время спектакля висела сабля.

«Вынимать ее не надо было, но неожиданно он вынул саблю и размахнулся. Зрители не обратили внимания, а мы с Калинцевым засмеялись».

Что думал облаченный в рясу Абрамов, не известно.

Может быть, и не в спектакле по пушкинскому «Борису Годунову» выхватил он саблю, а в тех далеких вихревых годах, когда скакал вместе с Архипом Белоусовым в атаку?

Поэзия вихревых годов для Федора Абрамова и его товарищей по Карпогорской школе не отходила в историю, она была необходимой составляющей той действительности, в которой они жили, за которую готовы были нести ответственность.

Все оценки Федора Абрамова в девятом классе – «отлично».

Дисциплина – «хорошо».

Эта отметка не очень-то вяжется с воспоминаниями одноклассников и товарищей по школе, запомнивших Абрамова как примерного во всех отношениях ученика.

«Большая тяга была у него к знаниям, – вспоминала М. Москвина. – Он даже злился, когда по каким-то причинам не было того или другого урока… В перемены организовывали игры, многие принимали в них активное участие. Федор же читал книгу или стоял у стенки и смотрел»[35 - Воспоминания о Федоре Абрамове. С. 32.].

«Чем выделялся Абрамов среди молодежи? – задается вопросом Г.

 Рябов. – Одет был несколько иначе, чем сверстники, носил полупальто, был подтянут».

Впрочем, тут же он припомнил, что и держался Абрамов «по-особенному: не по годам серьезен, независим, отстаивал свою точку зрения в разговорах со старшими»[36 - Там же. С. 36.].

Видимо, за особенность и независимость и снизили Федору Абрамову балл по дисциплине в девятом классе.

Тем не менее это не помешало ему остаться в числе лучших учеников.

Приказ № 11 от июня 1937 года гласит:

«Премировать учащихся, достигших лучшей успеваемости.

В том числе Федора Абрамова – сохранить за ним Пушкинскую стипендию до сентября, выдать деньги сейчас по 1 сентября 1937 года.

Всех направить в Веркольский пионерлагерь».

7

Время было суровое.

Помимо пушкинского юбилея, 1937 год памятен и массовыми репрессиями.

Именно этим годом датируется окончательный разгром И.В. Сталиным «ленинской гвардии».