По велению Чингисхана. Том 1. Книги первая и вторая

Вдруг небо словно треснуло, и бог верхнего мира во гневе послал огненное копье прямо в священное дерево, расщепив его… Это был дурной знак. Дерево не сгорело, но, затянувшись с годами в пораженных местах корой, так и осталось многоствольным… Стало терять свой былой блеск и громкое звучание славное имя монголов, ибо племя все более распадалось на отдельные родовые стволы, которые в упоении движением собственной судьбы забывали о принадлежности к единым корням.

Но об этом отдельный разговор.

Глава пятая

Неумолимая судьба, тяжкое предназначение

На Священной горе Хорхонох тойоны коленопреклоненно произносили такие слова клятвы перед восседавшим на белом покрывале Ханом:

Когда мы, вознеся Тебя над нами

На белом покрывале почетном,

Признав наместником Бога на земле,

Свершим обряд посвящения в Ханы, —

Мы будем преданы Тебе сердцами и помыслами,

Преклоним пред Тобою головы,

Слово Твое будет непререкаемо,

Каждый приказ Твой будет исполнен беспрекословно!

Когда свергнем врагов наших, полоним и

К Тебе приведем самых прекрасных девиц,

Самых славных скакунов народов чужих

В мирное время к тебе пригоним,

С просторов степных, из лесов дремучих

Лучшую дичь и добычу.

В дни битв жестоких,

Если не станем мы щитом

Твоим и защитой,

Отрежь нам головы и пусти их катиться по черной земле!

Если в мирное время нарушим слово Твое одно,

Отлучи от домов нас родных,

Изгони прочь в пустыню…

    Легенды о древнемонгольских вождях

Война не прекращалась ни зимой, ни летом.

Тринадцать раз монголы вступали в битву с татарами, но никому не удавалось взять верх: каждая из сторон возвращалась восвояси, оставляя на поле брани неисчислимые жертвы. Завещание Амбагай-хагана сыновьям Хутулу и Хадаану и народу монголов не было выполнено.

Только батыр Джэсэгэй из всех битв выходил победителем, с малыми потерями, приводил полчища плененных, пригонял захваченный скот, обозы… Но не радость и торжество вызывали успехи его у почтенных тойонов, дела которых не ладились, а зависть.

Правда, самые бывалые и совсем молодые Джэсэгэя просто обожали. «Если бы не было с нами нашего Джэсэгэя, позора бы не избежать!» – честно признавались они.

Добыча шла впрок – все просторнее становился курень молодой семьи, все больше суртов появлялось в их стане, все труднее было Ожулун справляться одной с хозяйством. К тому же она ждала первенца.