По велению Чингисхана. Том 2. Книга третья

И уже сил нет выносить потоки приторно-сладкой и лживой лести, лавины угодничества… Если вдуматься, он все больше начинает походить на былых властителей державы киданей – неужели скоро и его путь бесславно оборвется?! А, если с другой стороны глянуть, отец великого Алтан-Хана никогда не вводил в своих войсках чинов выше сюняя, но век и его могущества был недолог…

Конечно, то был перегиб в другую сторону. Во всем нужно находить золотую середину, но кто же ведает, где черта, ее обозначающая?

Разве что один лишь Тэмучин, Чингисхан, разрешил эту задачу, причем очень просто.

Говорят, у него чины и должности не противостоят, а взаимодополняют друг друга. Он присваивает их по уму, по уровню способностей, по наклонностям тойонов. А если надо – назначает на должность временно. Начальник обоза может получить в командование сюн, сюняй может стать командующим корпусом и, напротив, командующий целым крылом войск за какую-то провинность может быть временно понижен до сотника… Но более того, Тэмучин особым указом запретил присваивать какие-либо исключительно высокие звания, донельзя возвышать одних воителей над другими.

Подражание народам и державам Запада – сарацинам – вот что рушит наши устои. Ибо нарушаются и сам смысл, и ступенчатость лестницы чинов и должностей. У нас, кого ни возьми, все – «беки», «бэге», «великие» да «величайшие», а то и «божественные»…

Глава десятая

Заботы правителей

Из главы «Забота о Государстве»:

Сунь-цзы сказал: «В древности все, кто заботился о государстве, непременно прежде всего просвещали свой народ и любили своих людей.

Есть четыре несогласия: когда в государстве нет согласия, нельзя выставить войско; когда в войске нет согласия, нельзя выступить в лагерь; когда в лагере нет согласия, нельзя двинуться и сразиться; когда в сражении нет согласия, нельзя добиться победы.

Поэтому, если государь, знающий Путь, хочет поднять свой народ, он прежде всего устанавливает согласие и только потом предпринимает большое дело.

Он не доверяет своим личным суждениям, а непременно объявляет об этом в храме предков, прибегает к гаданию по черепахе, сопоставляет это с временем и, если все сулит удачу, только после этого поднимается.

Когда народ, видя, что государь так бережет его жизнь, так скорбит о его смерти, предстанет вместе со своим государем перед опасностью, воины будут считать наступление и смерть славой, а отступление и жизнь – позором».

    Сунь-цзы, «Трактат о военном искусстве» (IV в. до н. э.