Гладиатор: Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники (сборник)

– Ну? – После утомительной тренировки, когда сдавали оружие, к Виталию подошел ланиста, потрепал по плечу, улыбнулся. – Чувствуешь радость близкой битвы?

– Да не особо, – честно признался гладиатор. – Азарт – да, наверное, есть, но радости…

– Эх! – Валерий махнул рукой. – Экий ты циник.

Кто-то вдруг позвал его – Красавчик, что ли, и ланиста скривился:

– Ну, вот, сейчас опять что-нибудь выпрашивать будут.

– Валерий, эй, Валерий! – скинув тяжелый шлем, взывал Красавчик Апис. – Иди скорей сюда, дело есть.

– Знаю я ваши дела, – пробурчал ланиста. – Небось опять девки понадобились.

– Э, дружище! – Апис и стоявшие рядом Фракиец и Германский Ветер засмеялись. – Нам бы не только девок, нам бы сейчас и вина неплохо. Только не той бурды, которой ты обычно всех потчуешь. Эй, эй, Валерий! Вот только не надо говорить, что нет денег. Сульпиций же заплатил!

– Ну, заплатил, – юноша неохотно кивнул. – Но ведь вся подготовка тоже стоит денег. Думаете, арена сама собой строится?

– Да ничего мы не думаем, дружище! Вели-ка принести нам вина… и девок подогнать! Позови кого-нибудь – наверняка за воротами стоят.

– Вот шельма! – восхищенно произнесли сзади.

Аспирант обернулся – все никак не мог привыкнуть к этой манере Северьяна возникать за спиной, словно черт из табакерки. Люди этой эпохи обладали более развитой восприимчивостью и могли, не оборачиваясь, сказать, кто за ними идет и на каком расстоянии, но Виталий, увы, такими способностями не обладал.

– Я про Красавчика, – подойдя ближе, ухмыльнулся Альпийский Тигр.

 – На этих играх он получит свободу.

– Свободу? – удивился Виталий. – Так ведь ее еще заслужить надо.

– Нет, – Северян покачал головой и прищурился. – Свободу нельзя заслужить, ее можно только купить.

– И что, у Красавчика есть на это средства?

– Не у него, у Сульпиция. Хотя и Красавчик тоже не беден. Недавно прикупил две мукомольни и еще хочет пекарню.

– Рад за него, – Беторикс улыбнулся.

В принципе, ничего удивительного: некоторые рабы бывали богаче своих хозяев, владели мастерскими либо занимались доходным промыслом, при этом не имея никаких прав и за людей не считаясь.

Многие со временем выкупались на свободу, становились вольноотпущенниками, по гроб жизни оставаясь клиентами своего бывшего хозяина. А многие так и не выкупались – хозяева обычно не склонны были отпускать на волю курочку, несущую золотые яйца. Разве что за очень уж приличные деньги. А раб-гладиатор имел немало возможностей их заработать.