Серийные убийцы. Кровавые хроники российских маньяков

За десять лет с 1966 года в «Серпах» побывали четырнадцать человек, обвиняемых в совершении особо жестоких или многоэпизодных преступлений. Это почти столько же, сколько за один 1994 год!

Ионесяна представили общественности социальным выродком, отщепенцем, но абсолютно нормальным, уравновешенным и хладнокровным убийцей. Не подвергая обсуждению ничтожность личности преступника и справедливость его наказания, усомнюсь лишь в одном: в необходимости столь стремительного исполнения воли народа.

Может быть, уже тогда более глубокое изучение дела Ионесяна психиатрами, оперативниками, криминалистами прокуратуры позволило бы впоследствии гораздо раньше вычислить монстра Чикатило, прервать четырнадцатилетнюю серию убийств Михасевича, увидеть в самоотверженном педагоге Сливко маньяка, расчленявшего под стрекот кинокамеры еще не остывшие тела задушенных им детей? Не забегая вперед, все же отмечу: Сливко, признавшийся в 33 тяжких преступлениях и семи убийствах, был изобличен лишь в 1985 году.

А первую жертву он выбрал в том самом «спокойном» 1964-м…

«Мне страшно, что люди увидят»

Внешне биография Анатолия Сливко выглядела благополучно и даже респектабельно. Он возглавлял в городе Невинномысске Ставропольского края детско-юношеский туристический клуб «Чергид», пользовался беспрекословным авторитетом у пионеров и вызывал уважение родителей самоотверженным трудом.

Сливко приехал в Невинномысск после службы в армии, окончил техникум, трудился на комбинате «Азот» и параллельно на общественных началах работал в школе пионервожатым.

Он не курил, не пил, никогда не сквернословил. Все свободное время уделял детям – занимался с ними физической подготовкой, учил разводить костер, собирать рюкзак и устанавливать палатку, ходил со своими подопечными в многодневные походы по родному краю.

Вскоре добрая молва о воспитателе-подвижнике распространилась за пределы города. О Сливко заговорили на туристических слетах; клуб «Чергид», директором которого его назначили, расхваливали на совещаниях райкомов.

Образцового наставника приводили в пример коллегам.

Позже, когда следствие скрупулезно изучило все материалы, относящиеся к деятельности Сливко и его туристического клуба, выяснилось, что о директоре «Чергида» десятки раз писали в «Пионерской правде» и других газетах, о нем вышло более двадцати передач по Всесоюзному радио, а уж почетным грамотам и благодарностям не было числа.