Кондотьер: Ливонский принц. Король. Потом и кровью

Да еще сделал свое дело весенний пожар, так что теперь не только проехать, но пройти здесь казалось довольно трудным, почти невозможным, делом – разбитые плахи торчали вокруг, словно зубы сказочного дракона. По обеим сторонам разбитого настила, вдоль бесконечных заборов из врытых в землю бревен, тянулись канавы с отбросами. С усадеб туда сливали помои и нечистоты, туда же сгребали с настила конский навоз. Пахло это все – хоть нос затыкай, к тому ж в нечистотах возились, пищали крысы. Видать, тоже хорошему деньку радовались.

– Ну вот, кажется, и пришли, – кинув на распахнутые настежь ворота, хмыкнул Магнус-Леонид. – Вон и алкоголики местные…

– Кто, майн герр? – недоуменно переспросил Петер.

– Ярыжки. Пианицы.

– А-а-а.

Пройдя обширным двором со стоявшими там несколькими телегами и привязанными к коновязи лошадьми, как видно, принадлежавшими каким-то торговцам, господин и его юный слуга, пригнувшись, вошли в низкую дверь с прибитой к притолочине еловой веткой.

Арцыбашев был готов ко всему, однако внутри кабака вовсе не оказалось как-то по-особому противно или опасно. Ну да, сидели мужики – пили, закусывали как-то мелочью, а чаще и вовсе обходились без закуски – выпив, лишь усердно крякали да с размаху били чарками по столу. А в общем-то, вели себя прилично, да и вокруг было довольно чистенько, даже проворный служка – кабацкая теребень – усердно мел пол спрыснутым в воде веником. Обычная рюмочная, ничего такого.

– Вот тот стол, кажись, свободен… ага…

Едва посетители уселись, как оторвавшийся от веника служка, молча, без всяких вопросов, поставил на стол две чарки с водкой.

Серебряные! Статус гостей кабацкий определил по одежке.

– Эй, эй, любезный! – бросив на стол мелочь, Арцыбашев поманил слугу. – На зуб чего принеси.

– Чего-чего?

– Ну, закуски какой-нибудь. Пирогов там, еще чего…

Теребень – кривобокий парень с грязными рыжими патлами и круглым, густо усыпанным веснушками лицом – неприятно осклабился:

– У нас ведь царев кабак, господине! Не какая-нибудь харчевня.

Не есть – пить приходят. Хотя что ж. Капусткой могу угодить?

– Давай капусту свою. Тащи.

Через пару минут слуга тяпнул на стол глиняное блюдо с кислой квашеной капустой… довольно вкусной, несмотря на неприглядный внешний вид. Правда, есть ее пришлось руками – никаких столовых приборов, кроме чарок, в сем питейном заведении не подавали.