Король

Присмотрелся, примерился… и тотчас оттяпал рукава рубахи, а за ним – и подол сарафана, обнажив ноги супружницы куда как выше колен.

– Эй, эй! – запоздало запротестовала та. – Ты что это делаешь-то? Это что, я теперь так и должна ходить – голой? Срам! Прости, Господи, срам-то какой!

– Красавица ты у меня, – с удовольствием оглядев жену, улыбнулся Магнус. – Точно – с обложки журнала.

– Я… я никуда так не пойду! – княжна густо покраснела, словно ее только что уличили в каком-то уж совершенно отвратительном действе, и вновь уселась в траву, обиженно обняв руками колени.

– Нет, в самом деле – красива, не отвести глаз! – присев рядом, Арцыбашев обнял жену и крепко поцеловал в губы. – Не оторваться! Ну-ну, что ты? Ты веришь ли мне, любезная Марья Владимировна?

– Верю… – одними губами прошептала Маша. – Верю.

– Тогда делай, что я скажу. Пойми – здесь все так ходят. И тебе нечего, абсолютно нечего стесняться. Пожалуй, даже наоборот. Ну, что сидишь? Пойдем… Стоп! Сначала мотоцикл спрячем. Помоги-ка во-он в те кустики откатить…

– Кого спрячем?

– Ну, коня нашего… Чешскую хромированную лошадку.

Да и шпагу, кстати, там же оставим… Чтоб народ лишний раз не смущать.

Замаскировав мотоцикл ветками, молодой человек вытащил из замка зажигания ключ и засунул его под отслаивающуюся кору приметной кривоватой березки.

Юная королева смотрелась очень изящно и вполне сексуально: синий, с серебряными пуговицами, сарафан с обрезанным выше колен подолом открывал точеные ножки, облаченные в красного сафьяна сапожки с затейливой вышивкой бисером.

На руках сверкали самоцветьем браслеты, на пальцах – кольца и перстни. Гламурнее некуда!

– Любый, а мы куда идем-то?

Догнав ушедшего вперед мужа, Маша взяла его за руку – так они и пошли дальше, прямо по лугу, к видневшемуся невдалеке, меж полей, шоссе, выводившему к небольшому поселку. По шоссе то и дело проносились машины, а по полю ездил синий трактор с телегою, и двигавшиеся позади дети высыпали в телегу картошку из деревянных ящиков.

Картошку собирали тут же, на поле.

– Ну, надо же! – повернув голову, изумился Леня. – Я-то думал, уже давно такого нет. Ан есть, оказывается.

– Что, милый?

– Говорю, школьников на картошку отправили. И…

Он вдруг оборвал речь на полуслове – мимо, прямо по полю, прогрохотал грузовик – старый ГАЗ с кабиной защитного цвета и повешенным прямо на борт кумачовым лозунгом – «XXIV съезду КПСС – достойную встречу!».

– Не, ну и приколисты здесь… однако.