Четки памяти. Станислав Мисаковский и его тайна. XX век в историях родственников поэта

С детьми не сложилось – в 1938 году, будучи беременной, жена попала в давку в трамвае и потеряла ребенка.

Андрей Раевский в роли Белинского. Кадр из фильма «Лермонтов» 1943 г.

В 1941-м Андрей отправился добровольцем на фронт. Выступал в агитбригаде, где познакомился с артисткой Ленинградской оперетты Симой Тростяницкой. Он вел программы и читал, она танцевала. Фронтовая любовь привела к браку, и больше Андрей Раевский на Арбат не возвращался.

В нашей коммуналке было еще пять комнат, в которых жили пять семей.

В гостиной – Евгения Раевская, тетя Женя, которая очень любила бросившего ее мужа и больше не вышла замуж.

В 1941 году во время воздушного налета тетя Женя дежурила на крыше дома. Когда спустилась в квартиру – в пустом темном коридоре скулил от страха шестилетний ребенок. Поговорила, утешила. Мой будущий отец Владимир заболел, мать Елизавета Евлампиевна оставила ребенка в пустой квартире одного, отправившись с остальными детьми в бомбоубежище на станцию метро «Кропоткинская».

А мой дед, капитан артиллерии Петр Иванович Носов, в это время воевал, отправившись добровольцем на фронт.

Заботливое отношение к отцу в детстве перенеслось и на меня. До сих пор вспоминаю Евгению Самойловну с теплотой. Родители с ней дружили, я постоянно играл в ее комнате, которая выглядела как музей. Мраморный камин, старинная мебель, зеркала, подсвечники. Мне нравились изысканные манеры тети Жени и то, как даже простое чаепитие становилось каким-то старинным ритуалом.

Несмотря на уход мужа, Евгения Самойловна сохранила хорошие отношения с его сестрой Екатериной, которая постоянно навещала нашу квартиру. Екатерина Петровна Раевская вышла замуж за Юрия Самарина, внука Веры Саввишны Мамонтовой – модели лучшей картины Валентина Серова «Девочка с персиками».

В давно знакомой комнате тети Жени Екатерина Самарина (Раевская) часто занималась со мной английским – была моим первым учителем английского языка.

В квартире длинный коридор.

На одном конце – парадная дверь со звонком и табличкой – кому сколько раз звонить. Если посетитель ошибался – могли и не открыть. Матушка любила цитировать детское стихотворение о неисправном звонке Агнии Барто:

Звонок испорчен, граждане!

Что делать со звонком?

…

Звоните мне из автомата,

Из ближней булочной, с Арбата,

Тогда я к двери подойду.

Первое выученное мной наизусть стихотворение оказалось пророческим.