Разбойник Чуркин. Том 3. Возвращение

– Так, ничего, хороши земляки! Сегодня ночью они у нас одного купца на восемь тысяч рублей обокрали.

– Как обокрали?

– Деньги у него из номера унесли; вот и вас нужно бы в полицию забрать.

– Ты, любезный, ошибаешься, мы не из таковских.

– А вот погодите маленько, я приказчику скажу, он, может, вам и разъяснит кое-что, брякнул швейцар и побежал наверх с докладом.

Калистратыч рассудил, что приказчика гостиницы ему дожидаться нечего, – пожалуй, ещё заберут, дёрнул Сергеича за рукав и быстрыми шагами удалился по направленно к Гостинному двору.

– Вот было влопались-то, как куры во щи попали, в чужом пиру похмелье пришлось бы нам расхлёбывать, – говорил он своему спутнику.

– Да, чуть-чуть не втесались, подожди минутку, – быть бы нам в полиции. Каков купец-то? Восемь тысяч загвоздил!

– Это он, непременно он, – ворчал Калистратыч.

– Должно быть не из простых, а из травлёных, – заметил Сергеич.

– По-видимому, так; волк матёрый, по делу он и не купец, а только этим званием прикрывается.

– Как бы нам узнать, кто он такой на самом деле?

– Не узнаешь, разве что погадать, да не к кому обратиться. А интересно, что скажут об нем.

– К цыганам полевым наведаться надо.

– Да разве они здесь имеются?

– Видел я на задворках, на речке, около постоялых дворов, целый табор их там раскинулся; сходим, если думаешь.

– Цыганки не то, вот колдуньи такие бывают, те на разных снадобьях раскидывают, те скорей узнают.

– Где их теперь разыщешь, в деревнях они ещё водятся, а в городах их сейчас на осину вздёрнут.

– Помню я, лет десяток тому назад, жила здесь одна такая старуха, был я у ней, по одному делу, ничего, сказала она мне тогда всё верно.

– Пожалуй, её теперь и не найдёшь, небось, под холстину давно пошла.

– Они бабки живучие, другие лет по сту и больше по свету путаются: пройдём к ней, она в дальней слободке живёт, только днём не принимает, а по ночам к ней ходят.

– Все равно, ночью отправимся, а днём недруга на улицах поглядим, может, и появится где, не кротом же он живёт, да и пристанища теперь не имеет, путается, небось, по городу из улицы в улицу.

– Не думаю, этот зверь теперь показываться не будет: его, небось, разыскивают полицейские-то власти, которые нам у гостиницы встретились, надо рассчитывать, не даром там были, ведь восемь тысяч стянул, денег много, без розысков такая кража не пройдёт.

– Куда же бы ему деваться? На постоялых дворах его нет, в гостиницах тоже.