Первое открытие

– Пусть только соберет побольше помещичьих подписей под своей запиской, – велел передать ему царь, зная, что теперь ни один помещик не подпишется под таким проектом.

Тульский губернатор действовал энергично, но не мог собрать больше ни одной подписи.

Между тем Николай полагал, что такие дела нельзя оставлять безнаказанными и что Муравьева следует послать в такую губернию, где он будет далек от толков про крепостное право и от самих крепостных.

Восточной Сибири нужен был дельный губернатор. Непорядки и злоупотребления в золотой промышленности и в акцизно-откупном деле достигли огромных размеров и грозили этому богатому краю разорением.

Царь решил, что грандиозная территория Восточной Сибири – подходящее поле деятельности для Муравьева, что там с избытком уйдет вся его энергия. В Восточной Сибири нет крестьян крепостного состояния. Там новый губернатор займется рудниками, тюрьмами, каторжными работами и пусть выкажет в этих делах свои таланты! Наказывать Муравьев умел… Пусть постарается.

Решение это показалось царю остроумным.

Муравьев, как бы уже униженный, несмотря на новое повышение, снова стал ему любезен. Он из либералов превращался в тюремщика, да еще в какого! Теперь в его тюрьмах и рудниках все злодеи, государственные преступники.

Выезжая в путешествие по России, царь решил сам объявить Муравьеву о новом назначении, чтобы не возбудить кривотолков.

Тульский губернатор встречал царя на одной из почтовых станций вблизи Тулы.

Когда проскакали на белых конях рослые форейторы и подкатила открытая коляска с гербами, Муравьев почувствовал то особенное волнение, которое всегда охватывало его при приближении царя.

Перед ним мелькнуло знакомое лицо, и губернатору показалось, что Николай расположен к нему.

Выйдя из коляски, царь ласково заговорил с Муравьевым, проходя с ним мимо конвоя и толпы встречавших.

В доме, подготовленном для отдыха царя, в кабинете хозяина, Николай выслушал его.

– Проекты твои хороши, Муравьев, – сказал царь, сидя в кресле и закинув ногу на ногу, – но не тебе придется их осуществлять.

Рыжеватый, краснолицый Муравьев, с жаром говоривший о расширении тульских оружейных заводов, почтительно умолк.

Царь сказал ему о новом назначении. Муравьев был взволнован. Государь возвышал его. Громадный и богатейший край поступал в его ведение. Он наделялся огромной властью сибирского генерал-губернатора. В истории России не было случая, чтобы на эту должность назначен был такой молодой человек.