Ленинградские рассказы

дрый, умный Камба… Ты будешь историческим человеком… Дед был веревочником, плел сети для рыбаков и лестницы на кораблях, отец – чиновник, плетет мелкие и гнусные кляузы в своих бумагах в суде, а ты, Камба, ты плетешь нити истории, ты берешь узловатые жилы жизни и в них вплетаешь тонкие, алые ленты красивой фантазии, которую ты несешь в жизнь!»

XIII

Когда драгуны поздно вечером этого дня возвращались в свою стоянку, в курорте Г., и проезжали станцию, им пришлось остановиться у будки, чтобы пропустить поезд.

– Ба, Зейман! – закричал плотный бравый пограничник, подходя к председателю комитета.

 – А я к тебе собирался сегодня вечером… Ну как, удачно?

– Все исполнено в точности… А на заседание культурно-просветительской комиссии я смогу приехать только послезавтра. Может быть, найдете возможность перенести его на другой день…

– Плюнь, вон он о чем. Отложим – да и все. Все равно половина народу не соберется, а вот что я тебе скажу: слезай с лошади, садись в поезд и едем к нам в М.?

– Это зачем?

– Да у нас вечер, такой шикарный, увидишь: водевильчик, клоуны, куплеты, конфетти.

 – И, приблизившись, пограничник сказал, подмигивая: – Летучая почта и барышни, такие, брат, там, загляденье, специально выписали…

– Что ты говоришь, для вечера? И ты хочешь, чтобы я поехал?

– Ну, конечно, поддержи компанию. И цена билету три целковых.

– Да я устал, как собака… Такую даль…

– Да ведь не верхом, в поезде. Так и быть, с одной познакомлю, благодарен будешь…

– Ну, ладно, сейчас, только освобожусь от лошади… Господин вахмистр! Господин вахмистр!

– Я! – отозвался, подъезжая, с иголочки одетый блондин, тот, что шутил по-хохлацки на позициях.

 – Что вы хотите?

– Возьмите, пожалуйста, лошадь. Я должен по делу сейчас ехать в М…

– Хорошо! Захаров, ей, Захаров – возьми лошадь, поведешь в поводу… Она нашего эскадрона? Ах, это «Змейка»?

– Да!

– Ну, так хорошо… Счастливо!

Зейман и пограничник бросили бегом на станцию к остановившемуся поезду. Полк длинной, извивавшейся змеей вполз в улицу курорта…

XIV

Когда Растягин вошел в свою квартиру, за ним последовал и Камба.

– Господин генерал! – заторопился он. – Мне нужно срочно передать вам некоторые бумаги; тут немного вопросов: о производстве в унтер-офицерский чин «вице» прибывших пополнений, о награждении Георгиевскими крестами, о выдаче кормовых и командировочных…

– Хорошо! – глухо ответил Растягин. – Вы подождите, пожалуйста, в столовой. Я велю вам дать чаю, а я позавтракаю.