Никто не хотел воевать. Записки о первой и второй чеченских войнах

Самовольщиков заменили другими связистами, но тут выяснилась вторая неприятность – командир роты передового пункта управления батальона связи, который должен был ехать в Чечню, на службу не вышел, и меня, старшего лейтенанта, командира взвода связи, назначили временно исполнять обязанности командира этой роты. Таким образом, в мое подчинение перешла группа связистов, которая в этот день убывала в Моздок – 2 прапорщика, 2 сержанта и 8 солдат. Фамилии их не помню, так как все они были прикомандированы к батальону. Из штатных военнослужащих был только начальник комплексной аппаратной связи П-240ТМ гвардии прапорщик Бойко А.

 В.

В 6 утра я вытянул колонну. В нее вошли: командно-штабные машины Р-145БМ № 903 и БМП-1КШ со второго мотострелкового батальона, радиостанция средней мощности Р-161А2М и комплексная аппаратная связи П-240ТМ. Я проинструктировал людей, и колонна через запасные ворота в автопарке двинулась на железнодорожную рампу.

Часов в 10 утра, когда совсем рассвело, приступили к погрузке техники.

Поначалу все шло спокойно. И вдруг, откуда ни возьмись, появляется какой-то генерал и начинает кричать, что погрузка идет слишком медленно. Я пытаюсь объяснить, что места на рампе мало, поэтому загоняем на платформу по одной машине. Он выругался, сплюнул и, на мое счастье, уехал в бригаду. Потому что, когда стали крепить технику к платформам, выяснилось, что проволока не отожжена, а деревянные колодки – не того размера. Пришлось посылать в бригаду людей, чтобы они заменили крепежный материал. В общем, технику стали крепить после обеда, который был обозначен сухим пайком, разогретым на костре возле рампы.

Ближе к вечеру, когда специалисты-железнодорожники проверили крепление техники, я опечатал все машины и сдал их под охрану караулу. Оружие и боеприпасы в деревянных ящиках на рампу доставили уже в сумерках. Так что автоматы для личного состава и пистолеты для прапорщиков я принимал в темноте, подсвечивая накладные фонариком. Затем подогнали плацкартный вагон, в котором мы должны были ехать, и я дал команду оружие и боеприпасы уложить под нижние полки и выставить охрану.

Нас прицепили к товарному составу, и мы взяли курс на Моздок. После каждого спуска с «горки» водители бегали подтягивать проволоку на технике, а прапорщики проверять печати на машинах. Пока были заняты делом, о предстоящей боевой работе в Чечне не думалось. А вот в пути бойцы постоянно спрашивали: «Долго ли еще до Моздока?», на что я отвечал: «Суток двое».