Персы. Книга первая исторического романа «Скифы»

 – А вот здесь рядом с областью древней Маны[44 - Государство, располагавшееся на территории Иранского Азербайджана, в начале шестого века до н. э. было захвачено Мидией.] твои соплеменники. И было бы неплохо, чтобы они, пока я буду сдерживать мятежников у столицы, ударили по ним с тыла.

– А для этого я должен поехать к дяде?

– И как можно скорее, пока персы не перекрыли дороги. Только имей в виду, ты едешь к Читратахме не как его племянник, а как спаспат убитого царя и мой представитель. Поэтому твоя главная задача – убедить дядю действовать совместно.

А кто займет мидийский престол, будем решать потом, когда убийц настигнет справедливое возмездие.

После ухода Армиса Маздак склонился над своей примитивной картой и дорисовал на ней Арайву, Пишиувату, область Рага и Гирканию, а затем подрисовал еще Парфию и Маргиану. Последней сатрапией управлял Фраот – родной брат Спитака и сводный Бардии. Как внук Астиага, он имел полное право претендовать на царский престол. Но Маргиана находилась слишком далеко от Мидии, и на помощь оттуда в ближайшее время не приходилось рассчитывать.

С Армисом хазарпат отправил гонцов к правителям северных областей, в том числе Рамбазу в Каджену[45 - Позже Хазаркаджена (Великая Каджена), от которой происходит современное название «Азербайджан».], который являлся ариштартаном – командующим всеми мидийскими войсками, стоявшими на границе с саками. Именно на эти войска опирался Спитак, возводя на престол Бардию, так что от позиции правителя Каджены зависело многое.

Но Маздак очень сомневался, что тот захочет подчиняться ему – хазарпату.

Дело в том, что должность хазарпата была введена Киром и мидийцы относились к ней без уважения. К тому же основной обязанностью хазарпата являлось управление сатрапиями, а не командование войсками. Правда, в египетском походе Отан формально считался главнокомандующим, чего было явно недостаточно для признания мидийскими азатами подобного звания за Маздаком.

В тот же вечер хазарпат отправил гонцов к Барсаму в Гирканию и к Фраоту в Маргиану.

С остальными посланиями он решил пока не торопиться. Исключение было сделано только для правителя Арайвы, который приходился ему дядей. Неучастие в заговоре Пирама не вызывало сомнений. Насчет остальных правителей мидийских областей, а тем более наместников сатрапий, у Маздака такой уверенности не было.

«Плохо, конечно, что я могу рассчитывать только на свои силы, – рассуждал он.