Персы. Книга первая исторического романа «Скифы»

Недовольство оказалось настолько сильным, что Дарию пришлось дать обещание уменьшить подати.

Эта вынужденная уступка являлась еще одним поводом для его беспокойства. Предугадать возмущение деда было несложно, тот и так вечно ворчал, что нынешняя молодежь мягкотела и слабовольна.

– «Получили все сразу – вот и результат…» – брюзжал всякий раз старик, когда слышал о проступках кого-нибудь из отпрысков персидской знати.

Шумное появление мокрого и всего заляпанного грязью молочного брата Тотная неожиданно отвлекло Дария от не дававших покоя мыслей.

– А ты как здесь оказался? – удивился он, с трудом узнавая друга детства. – Что случилось?

– Да ничего страшного, просто перед самым городом лошадь решила от меня избавиться. Я всю дорогу понукал ее, вот она и надумала отомстить. Главное, место, зараза, выбрала самое «подходящее» – полувысохший арык. А может, ей показалось…

– С этим ясно, – перебил его Дарий, которого одолевали нехорошие предчувствия. – Зачем приехал?

Он едва сдержался, чтобы тут же не спросить об Артистоне.

Но постоянные насмешки деда над его излишне трепетным отношением к жене сделали свое дело, к тому же ему подумалось, что Тотнай не стал бы так балагурить, случись с ней что-нибудь плохое.

– Зачем, зачем – твой дед прислал! – ответил раздраженно-обиженно тот, и веселость на его смуглом лице сразу сменило выражение досады. – У меня как раз намечалось свиданье с дочкой кузнеца, а он: «Скачи, не мешкая за Дарием!»

– Для чего я ему так срочно понадобился?

– Не знаю.

Могу только предположить, что это как-то связано с приездом бывшего сатрапа Кармании Эобаза. Именно после разговора с ним твой дед приказал мне мчаться сюда, не жалея лошади.

– Может, опять война?..

– Да вроде не похоже… Я слышал, Эобаз собирается с жалобой к царю. Новый сатрап Кармании подбивает народ требовать возвращения общинных земель, ссылаясь на то, что, раздавая их, Кир нарушил старинные обычаи.

– Что он, хаомы[17 - Напиток, который Заратуштра считал омерзительным зельем, хотя у его последователей он стал ритуальным.

] опился! – возмутился, выйдя из себя, Дарий.

Вспышка гнева сына Гистаспа, старавшегося при любых обстоятельствах сохранять хладнокровие, была вполне объяснима. Их роду в Кармании принадлежали большие земельные владения. Да и одно из его личных поместий, полученное в награду за египетский поход, находилось именно там.

– Он, говорят, больше вино предпочитает, – усмехнулся Тотнай, показав белоснежные зубы.