Как предавали Россию

Мало того что австрияки не очистили, несмотря на обещания Павлу I, страну от французов, так австрийское командование еще стало выводить армию эрцгерцога из Швейцарии, не предупредив об этом русское командование. Австрийский командующий по тайному, предательскому решению венского кабинета снял 36 тысяч своих войск и ушел с ними на Средний Рейн. Отвод австрийских войск имел роковые последствия для всей Швейцарской кампании. Корпус генерала Римского-Корсакова, подойдя к Цюриху, месту назначенной встречи, вместо «союзников» был встречен превосходящими силами французов.

В итоге, несмотря на отчаянное сопротивление, в двухдневной битве был наголову разбит.

Известие о гибели солдат Римского-Корсакова и получил Суворов, спустившись в Муотенскую долину. Но этим неприятности не исчерпывались. Здесь же Суворов получил последний подарок «союзников». Полный отход австрийских отрядов из Швейцарии не только привел к разгрому русского корпуса, но и местечко Швиц, цель суворовского перехода, теперь было занято французами.

Подведем итог. В результате цепи предательств войска Суворова оказались окруженными, без продовольствия и с ограниченным количеством боеприпасов. Все старые планы военной кампании стали ненужными, речь уже шла просто о спасении армии. На военном совете было решено пробиваться к местечку Гларис. В тяжелейших боях с наседавшими со всех сторон войсками Массены русским войскам удалось туда прорваться. В Гларисе тоже австрийских войск не оказалось, они уже отошли и оттуда. Тогда в целях спасения войск Суворов решил отходить на Иланц.

После труднейшего перехода через хребет Рингенкопф русские войска достигли городка Иланца, а оттуда 27 сентября 1799 года – района Кур, после чего отошли в Германию на зимние квартиры.

Предательские действия австрийского командования привели к тому, что потери русских войск составляли около одной трети личного состава. Перед выступлением Суворов имел 21 тысячу человек, к Иланцу же он привел до 15 тысяч человек. Но даже в такой безнадежной ситуации сумел привести 1400 пленных французов.

Павел I высоко оценил действия Суворова: «Побеждая всюду и во всю Вашу жизнь врагов Отечества, Вам не доставало одного – преодолеть и самую природу, но Вы и над нею одержали ныне верх». Ему был пожалован самый высокий военный чин – генералиссимуса. Появился и другой указ, по которому даже в присутствии царя войска должны были «отдавать ему все воинские почести, подобно отдаваемым особе Его Императорского Величества».