Разящий клинок

Все хвастал своей яблочной водкой… впрочем, и русскую тоже хвалил.

– La vodka russe est un tr?s, tr?s bon!

– Да, да, – согласно покивал Дэн. – Хорошая. Ну, за императора!

Тут все поднялись, выпили стоя.

– Aimez-vous, les polonais, notre empereur! (Любите вы, поляки, нашего императора!) – усевшись, здоровяк Жан-Пьер закусил водку салом.

– Les russes ont enlevе, nous avons Patrie… Et Napolеon Bonaparte a donnе! – вполне в тему высокопарно заметила Софья. – Русские отняли у нас Родину… А Наполеон Бонапарт – дал!

– Oh, oui, oui! Vous avez parfaitement raison, madame! (О, да, да! Вы совершенно правы, мадам!) – драгун Рене одобрительно покивал и снова налил мужчинам водки.

Женщины пили вино.

Подружки офицеров оказались особами весьма смешливыми и, выпив, болтали без умолку. Да все болтали, смеялись – Давыдов рассказывал уморительные истории из жизни польских дворян, на ходу переделывая для этой цели скабрезные российские анекдоты.

Посмеялся и сам, после чего непринужденно перевел разговор на особняк… мол, там что-то все красят, подметают, явно ждут большое начальство.

– Oui, viendra un marquis. Les uns le Joseph Bonaparte! Oui, il est ? nous, militaire, n’a aucun rapport… Disons, grand coureur de jupons! (Да, приедет один маркиз. Друг самого Жозефа Бонапарта! Да он к нам, военным, никакого отношения не имеет… Говорят, большой бабник!) – рассмеялся Жан-Пьер.

Бабник – это было очень хорошо! Теперь Давыдов знал, на какой крючок ловить сию жирную рыбку.

Все это прекрасно понимала и Софья.

– Я знаю, что должна делать, – шепнула она в танце. – Не беспокойтесь, господин полковник. Сделаю всё!

Музыканты – старик и мальчик – играли менуэт. Потом мальчик запел какую-то грустную итальянскую песню. Пел негромко, проникновенно, время от времени покачивая головою. Темная прядь упала на лоб, в серых глазах застыли слезы.

Впрочем, грустить долго не пришлось.

Кто-то из новых друзей ввязался в хорошую драку! То ли кто-то задел кирасира… то ли он кого… то ли вступился за драгуна или за девчонок…

Как бы то ни было, а понеслось! С маху ухайдакав кулаком какого-то нафанфароненного капитана в белом мундире, Жан-Пьер заехал локтем прыгнувшему на него улану, тощему и длинному, как жердь. Тут же в драку кинулись все бывшие в заведении, уланы, драгуны же и кирасиры тоже поддержали своих.